Домой Россия «Мы прошли ад. Бедная мама»: Тяжелобольная с онкологией месяц не могла попасть...

«Мы прошли ад. Бедная мама»: Тяжелобольная с онкологией месяц не могла попасть в больницу

9
0
ПОДЕЛИТЬСЯ
  • "Мы прошли ад. Бедная мама": Тяжелобольная с онкологией месяц не могла попасть в больницу

Жительница Подмосковья несколько недель добивалась госпитализации своей мамы с раком крови в профильную клинику после рецидива, каждый день готовясь к худшему, но всё ещё надеясь на лучшее. Бесконечные звонки во все возможные инстанции, подключение друзей, юристов и СМИ, ругань с главврачами и чиновниками, бесконечные и бессмысленные тесты на коронавирус… Через что приходится проходить людям, чтобы спасти родных в период пандемии – в нашем материале.

Царьград уже писал о том, как из-за противокоронавирусных мер в больницы не могут попасть пациенты с другими заболеваниями – подчас куда более серьёзными, чем COVID-19. Проблема отказов в госпитализации особенно коснулась далеких от Москвы городов и посёлков, где хуже развита инфраструктура, дефицит больниц и меньше контроля. Однако, оказывается, и в ближайшем Подмосковье попасть в больницу стало не так-то просто, если у тебя не ковид, а, скажем, онкология. Жительнице Королёва Марине Волковой, по её словам, пришлось пройти 100 кругов ада, чтобы добиться госпитализации своей больной матери в профильное медицинское учреждение. В минуты отчаяния девушка даже думала, что будь у её мамы коронавирус, было бы проще.

«Перед нами закрывали все двери»

Всё началось для этой семьи в середине апреля. У матери Марины, которой 2,5 года назад диагностировали острый лимфобластный лейкоз, то есть рак крови, случился рецидив. В крови обнаружили бласты – женщине потребовалась срочная госпитализация. Ей даже дали соответствующее направление. Вот только клиники, по словам её дочери, напрочь отказались принимать онкологическую пациентку.

В Москве нам отказали в срочной госпитализации из-за карантина, в Московской области нам отказали в срочной госпитализации из-за карантина, во Владимире нам отказали в срочной госпитализации из-за карантина, во Владимирской области нам не только отказали в срочной госпитализации, но и выкинули маму на улицу, боясь, что у неё COVID, так как у мамы уже 2 недели температура 39-40, воспалены лимфоузлы в подмышках и есть очаг воспаления в лёгких. 2 теста на COVID отрицательные. Дыхательная недостаточность отсутствует,

– писала тогда Марина в соцсетях.

Парадокс: одни клиники отказывались принимать мать Марины Волковой потому, что у неё нет коронавируса, а они принимают только таких пациентов, другие же отказывали в госпитализации из-за опасений, что у онкологически больной ковид всё же есть. А в местной больнице города Королёва Марине вообще заявили: «Когда ваша мама будет задыхаться, тогда и звоните». И на всякий случай выдали направление в хоспис, чем просто выбили девушку из колеи.

Но она решила не сдаваться.

Круги ада

Дальше начались бесконечные звонки в городские администрации и всевозможные клиники. Сначала дела будто бы стали налаживаться: с помощью отдельных людей из королёвской администрации удалось сделать больной женщине компьютерную томографию, выявившую пневмонию неизвестного генеза (при том, что тесты на COVID упорно показывали отрицательный результат), удалось также добыть противорецидивный препарат для лечения на дому. Но женщине становилось хуже, и вопрос о госпитализации не снимался.

В какой-то момент мама Марины даже попала в реанимацию с высокой температурой и дыхательной недостаточностью. Оттуда её долго не могли перевезти в гематологическое отделение по причине банальной нехватки транспорта – в больнице заявили, что у бюджетной «Скорой помощи» нет свободных машин, у коммерческой – та же ситуация. Но даже когда женщину всё же перевезли в гематологическое отделение в Подольск и Марина хотела было выдохнуть спокойно, её маму внезапно, буквально в тот же день, перевели в инфекционное отделение местной детской больницы, перепрофилированной под COVID-19. По чьему распоряжению и зачем – непонятно. Соответственно, сорвались и все необходимые для лечения онкологического рецидива процедуры.

"Мы прошли ад. Бедная мама": Тяжелобольная с онкологией месяц не могла попасть в больницуВ больнице заявляют,что у бюджетной «Скорой помощи» не хватает свободных машин, у коммерческой – та же ситуация. Фото: President of Russia  / Globallookpress  

18 дней мама Марины лежала в инфекционке для ковид-инфицированных. Сдав уже шесть отрицательных тестов на коронавирус. Пожалуй, пролежала бы она там и дольше, если бы не друзья Марины: они нашли адвоката, который подключился к делу. После его звонков в больницу Подольска и местную администрацию ему довольно быстро удалось договориться о переводе онкобольной в гематологию по месту жительства – в Королёв. И в понедельник 18 мая женщина наконец дождалась необходимой профильной помощи.

Итак, на то, чтобы обеспечить больной раком крови срочную (!) госпитализацию, её дочери потребовался месяц. Месяц ежедневных звонков, слёз, уговоров и попыток достучаться до различных администраций. К концу этого срока Марина Волкова чувствовала себя полностью опустошённой – ещё бы! Бессонные ночи, постоянный стресс и отчаяние… Но даже долгожданная госпитализация матери не положила конец её злоключениям.

«На весь город – два КТ»

В больнице маме Марины потребовалось снова сделать компьютерную томографию, но оказалось, что во всём городе с населением более 220 тысяч человек её делают только в двух местах. Поэтому женщине с температурой 39 потребовалось ехать в другую больницу, с трудом найденную её дочерью. Причём на такси – ведь машин у больницы снова не оказалось, а та единственная, которую было предоставили матери Марины, «сломалась» – прямо перед выездом.

Почему у нас в городе всего два КТ – для меня загадка. При этом у мэра города, на минуточку, два «Гелендвагена» по 62 миллиона рублей,

– сказала Марина в интервью Царьграду.

Потом выяснилось, что в больнице нет таблеток для лечения рецидива, а получить их по рецепту можно, мол, только если лечишься амбулаторно, на дому. Что делать? Выписываться из больницы, куда с таким боем удалось попасть, чтобы купить таблетки, а потом снова месяц носиться по инстанциям, чтобы попасть обратно?

Я уже больше ничего не пишу (в соцсетях – прим. Царьград) – я просто устала. У меня реально уже едет крыша. Я уже не знаю, что мне ждать,

– заключила Марина.

Её надежда теперь только на химиотерапию: «Когда начнут химиотерапию, всё станет понятно. Либо мама отзовётся на неё, либо она умрёт. Вот и всё».

Эта история оставляет массу вопросов. Почему онкологически больной человек, которому требуется срочная госпитализация, ждёт её целый месяц, затухая на глазах родных? И получает её лишь тогда, когда к делу подключается адвокат? Почему человека с шестью (!) отрицательными тестами на коронавирус кладут в инфекционку с больными COVID-19? Чтобы «добить» ослабленного другой болезнью пациента, заразив его ещё и коронавирусом? Раз нет мест в больницах – будем наполнять морги? Как так получилось, что на 200 с лишним тысяч населения Королёва компьютерную томографию делают только в двух местах? Особенно в условиях пандемии. Все эти вопросы пока остаются без ответа.

Кстати, в четверг 21 мая онколог Илья Черниковский в разговоре с «Известиями» высказал опасения, что осенью нас ждёт «взрыв онкологической заболеваемости», особенно в запущенной стадии – потому, что часть онкоцентров перепрофилировались под COVID-19 и из-за пандемии приостановлены все обследования. Правда, московский Депздрав его слова опроверг, заявив, что все онкологические стационары как работали, так и работают. Но, судя по истории Марины Волковой, работают они, мягко говоря, криво. А из-за коронавируса обычные бюрократические проволочки стали ещё более запутанными.

Сколько ещё таких историй, как у Марины, – одному Богу известно. Но всё больше становится очевидно: пандемия коронавируса вскрыла большую проблему нашего «оптимизированного» здравоохранения – недостаток больниц, врачей и техники, а также запутанность правил. И кому-то всё это, вместе взятое, может стоить жизни.

Источник: https://tsargrad.tv

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here