Домой Россия Октябрь 1993-го: Поле битвы, на котором стреляли в себя

Октябрь 1993-го: Поле битвы, на котором стреляли в себя

2
0
ПОДЕЛИТЬСЯ
  • Октябрь 1993-го: Поле битвы, на котором стреляли в себя

Воспоминания очевидца

Сегодня интересно перечитать собственные записи о событиях 3-4 октября 1993 года — с позиций нынешнего дня и нынешнего знания. Тем более что пересматривать тогдашние позиции нет даже необходимости: в той схватке и тогда, и сегодня оставалось только сохранять нейтралитет. Ибо никто из тяжущихся не сражался за Россию… 

«Помнишь, как развалился Союз? Помнишь, как сильно независимые украинцы играли довольными ямочками на раскормленных щеках? «Та ж и пусто у Москве! А так им, москалям, и надо з йих демократами!» А самые богатые украинские области и есть российские бывшие губернии. Да Крым отобрали, который украинским никогда не был.

А благодаря кому всё произошло? Благодаря Ельцину. Это он Союз развалил. Суверенитетов наобъявляли столько, что размахнись посильнее — и улетит камень на иностранную территорию. Но каждый имеет претензии к России. И все требуют: ты, русский, во всём виноват, а потому нам всё отдай, а сам иди обратно в берлогу.

Октябрь 1993-го: Поле битвы, на котором стреляли в себяМосква. 3 октября 1993 г. Фото: Alexandr Liskin/Globallookpress    

А Россия молчит. Ведь русские — терпеливый народ. Только ждут, а вдруг всё переменится, все как-то образумятся, и всё как-то образуется.

А я не хочу терпеть! Я не хочу затихать, когда мне, русскому, какой-нибудь… индеец, которого мой дед впервые в жизни в умывальник мордой ткнул, мне на дверь указывает и за загубленную свою культуру неумытую контрибуцию с меня требует. Они меня ещё не победили! Не хочу ублажать всякие там претензии к России и расстилаться перед ними мелким бесом: «Да-да, вы правы, быть русским — недемократично…». Меня унижают в родной стране, и потому я глотки всем этим демократам грызть готов, которые меня до этого довели…»

Кто с кем и за что 

Этот монолог в записной книжке — высказывания одного из тех, с кем довелось в ночь после путча делить места в актовом зале тюрьмы «Матросская тишина». Туда, как и по другим изоляторам, от Белого дома отправляли 4 октября тех, кого задержали в процессе штурма. Кого брали на улице и доводили до автозаков живым, хоть чаще всего и сильно побитым. Сегодняшнего гуманизма силовиков тогда не было. Задерживали — так от души. Потом подсчитали: пострадавших 756 человек, из них 455 госпитализировано. В морги вывезено 106 тел, ещё 27 человек умерло в больницах. Избитых солдатами и милиционерами, но обошедшихся без медицинской помощи (или не обошедшихся, но побоявшихся сказать, что травмы получили в ходе событий у Останкино и Белого дома) на таком фоне вовсе никто не считал.

4 октября 25 лет назад в России произошли события, которые чуть было не переросли в начало гражданской войны….

И с тех пор все эти годы хочется понять, за что сражались и умирали люди? Те, понятно, кто сражался, а не погиб от пули снайпера, просто случайно оказавшись возле поля боя.

Поля боя, на котором, как оказалось потом по жизни, все стреляли в себя…

Тот парень, который столь горячо высказывался про свою готовность мстить «демократам» за унижения русского человека после развала СССР, был задержан потому, что оказался в доме, из которого кто-то стрелял по солдатам. Или тем показалось, что по ним стреляли, или показалось, что из этого дома. Потому что стреляли — да, действительно. Стреляли снайперы, сам видел. И стреляли, похоже, по всем — и по защитникам Белого дома, и по солдатам, и по прохожим. Традиционный признак любых восстаний (хотя теперь для них появился всё выражающий термин — «майдан»), организуемых демократами ради демократии, — неизвестные снайперы, палящие по всем сторонам конфликта.

Не бывает, что ли, «демократии» без своей «небесной сотни»?.. 

Октябрь 1993-го: Поле битвы, на котором стреляли в себяВо время штурма Белого дома 4 октября 1993 года.  Фото: Власов Олег/ТАСС 

Защитники чего? 

«Не изменилось состояние общества. Психологическое, экономическое. У кого сила, у того и власть. У кого власть, у того и право.

Пока большинство подчинилось президенту-победителю. Он везунчик, у него опять после горьких поражений полная и безоговорочная победа.

Но и это уже было. И ни разу после подобных побед ничего не менялось в системе. И закрадывался простой, как мычание, вопрос: а может ли и эта власть её изменить? Да хочет ли?

Не потому ли после каждого смахивания фигур с доски на ней вновь формировался новый противник — часто из прежнего друга? Потому, что менять систему трудно, больно и неблагодарно, охотников на это немного. А если система не меняется, да к тому же природой своей приспособлена к торжеству дубинки и к унижению человека, грех каждому не попробовать, как она на самом деле тяжела, шапка Мономаха». 

Так или иначе, парень тот был действительно на стороне защитников Белого дома. Но что же защищали они?

Дежурная версия — парламент. То есть Верховный Совет как орган представительной демократии. И право этого органа издавать законы.

Можно было бы посмеяться над этой версией, если бы за ней не стояли реальные погибшие, реальная кровь, реальная боль. Но по факту речь шла, конечно, не о том, за что стояли эти люди. Тот Верховный Совет сам дрался в тех событиях исключительно за власть и исключительно для себя. И на этой стезе понапринимал столько разных законов, что победи он тогда, в 1993 году, — уже на следующий год нас ждал бы новый путч. Просто по тому закону, что власти никогда не бывает достаточно, а воевать за неё — вот он, путч — значит, разрешено… 

Октябрь 1993-го: Поле битвы, на котором стреляли в себяМосква. Крымский мост. Милиция разгоняет демонстрантов. Фото: Анатолий Морковкин/ТАСС 

Победители — за что? 

«Ельцин ещё летом объявил о «боевом сентябре». Значит, уже тогда его разгон был запланирован? И все об этом знали — Хасбулатов уже плешь проел, предрекая «события», а в последнюю неделю почти не выпуская депутатов из Белого дома.

Но если всё было разработано уже тогда, разве не был предусмотрен вариант, что парламент не сдастся и сядет в осаду? Неужто не думали о возможности вооружённого сопротивления, когда так много писали об оружии в здании парламента, когда прекрасно знали численность парламентской службы охраны?

Вице-президент России Александр Руцкой крайне негативно отозвался о президенте Борисе Ельцине и его роли в…

А если думали, отчего не готовы были к октябрьским инцидентам? Или ждали их? Но допустили потому, что оппозицию перед выборами надо было замазать кровью?

А ведь тогда всё действительно могло обойтись без крови — собрание субъектов федерации вот-вот додавило бы президента до одновременных выборов, а если бы он не согласился, то первую кровь пришлось бы пролить уже ему. Тогда кто же и зачем вывел толпу на Садовое кольцо, с чего всё и началось? Кто за кого сыграл?»

Ещё один человек, пытающийся разобраться в первопричинах. Сегодня они известны. Но по политическим причинам о них не расскажет ни та, ни другая сторона, пока живы участники тех тайн. Это мне лично в своё время Руслан Хасбулатов сказал, один из вождей «путчистов» в тех событиях. Но конкретика имён сегодня уже и не нужна. Ибо они, в общем, и не важны перед полной ясностью причин тех «беспорядков». А именно: простая, как в учебниках истории или, скажем, политологии, борьба за власть. Борьба за власть двух группировок власти. У которых по самой природе высшей лиги политики нет никаких идеалов. А есть желание. Желание власти.

Октябрь 1993-го: Поле битвы, на котором стреляли в себяР. Хасбулатов. Фото: Anton Kavashkin /Globallookpress   

А идеалы они оставляют тем, кого отправляют воевать за себя. То есть за свою власть.

«Я одно понял, — говорит парнишка рядом со мной. — В этой стране нет вообще никакой власти. Потому что если бы была, она бы просто не довела нас всех до стрельбы друг в друга».

Но и в оставленных идеалах не было главного

Сегодня многие тогдашние записи перечитывать… ну, странно. В тех низах, которые политики ради своей власти натравили друг на друга, идеалы формулировались, скажем, упрощённо. Среди жмущихся к кострам людей, пришедших «защищать Конституцию», процентов восемьдесят разговоров о том, что раньше худо-бедно, но колбаса стоила два рубля. Остальные двадцать — распад СССР и распродажа страны.

Тема? Конечно! Колбасу ту, пожалуй, уже подзабыли — много разной и достаточно доступной. Распад СССР у многих саднит, да. Распродажа страны, как показало время, — тема вечная. Это не значит, что этого не существует. Но, видимо, это свойство способа существования человеческой цивилизации — как начали распродавать ещё Древнюю Грецию и Рим, так и сегодня распродают страны по всей планете, включая какое-нибудь Лесото.

Смешно сегодня это вспоминать. Но тогда люди за это легли. И не увидели, как та же  «распроданная» ещё тогда Россия вновь поднялась и окрепла, вернула себе тот же ранг (почти) среди держав мира, что имел когда-то СССР. И колбасы — завались…

Значит ли это, что на другой стороне были правильные идеалы? Опять же не имеем в виду политиков, говорим о тех, кто пошёл на поводу у их лозунгов…

Что ж, те идеалы тоже вполне показали себя. Бьющийся в истерике Гайдар, призывающий защищать… гм, тоже Конституцию! И зовущий людей собираться и получать оружие. Чубайс, о потугах которого в управлении хоть чем-нибудь можно вспоминать только перекрестясь. Ельцин как гарант невозвращения коммунизма, зато отдавший страну в управление прощелыгам и олигархам, что, впрочем, по тем временам было двумя сторонами одной медали…

Октябрь 1993-го: Поле битвы, на котором стреляли в себяРасстрел Белого дома 4 октября 1993 года. Фото: Кавашкин Борис/ТАСС 

Да, тогда эта сторона победила. Правда, не поддержкой масс, а силой армии. Но победила. И что? То же, что и обычно: тут же начала поиски врага, мешающего реформам. Началась тихая война между президентской администрацией и правительством, между новым составом парламента и президентом, между правительством и олигархами (победили последние, войдя и в правительство, и в администрацию, и в семью президента). И все по факту воевали с народом, неотвратимо ведя государственный корабль к дефолту и краху.

Или откуда брались «преимущества социализма» для всех, кроме русских

Правда, танки, что раздолбали Белый дом, стали пугающим воспоминанием. Гражданской войны в классическом понимании не случилось — всем хватило её краткого визита в октябре 1993-го. Но в тихом омуте Кремля она шла. Ибо мир политики биполярен, и физическое отрезание одного полюса ничего не даёт: в обкорнанной танками политической системе всё равно возникает альтернативный полюс, как ни пили магнит… 

Так за что же бороться? 

А нам всем? А нам, судя по всему, остаётся желать лишь одного.

Власть в России должен взять кто-то новый. Законный, незапятнанный и решительный.  Готовый навести порядок и провести реформы, не оглядываясь на «скелеты в шкафу».

Тоже из тогдашних записей. До Путина оставалось ещё долгих семь лет… И с ним — ещё семь, покуда шкафы не были очищены от скелетов — кого в Лондон, кого за Читу…

Так что же, получается, наш идеал — авторитаризм? Или, скажем мягче, авторитетный лидер, чей авторитет позволяет ему принимать единоличные решения, не вызывая бунтующих толп на улицах?

Ну, во-первых, практически вся поступательная, вся положительная история России связана именно с такими личностями. А смуты всегда начинались с требований олигархата установить демократию. После чего по стране начинали разгуливать банды демократов и пускать её, страну, на поток и разграбление. И это понимание исподволь живёт в русском народе. Потому в том октябре народ в основной своей массе не пришёл воевать ни за одну, ни за другую сторону.

Потому что одни боролись за СССР, другие — за демократию. И никто — за Россию.

Источник: https://tsargrad.tv

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here