Домой Россия Борджиа — чёрный пиар. Кто наделил папу Александра VI скверной репутацией?

Борджиа — чёрный пиар. Кто наделил папу Александра VI скверной репутацией?

2
ПОДЕЛИТЬСЯ

590 лет назад, 1 января 1431 года, у владельцев замка Хатива, что в Валенсии, родился сын. Его отец, Хофре Хиль де Борха-и-Эскрива, происходил из семьи военных, сыгравшей видную роль в изгнании мусульман из Валенсии. Мать мальчика, Изабелла, урождённая де Борха-и-Льянсоль, приходилась дальней родственницей отцу

Сам же новорождённый, названный Родриго, впоследствии станет Римским папой и приобретёт самую паршивую репутацию во всей истории престола святого Петра. Разумеется, под другим именем — Александр. И со слегка переиначенной на итальянский лад фамилией — Борджиа.

Кровь, чудовищный разврат, инцест, неслыханная коррупция, изощрённые отравления конкурентов и жестокие убийства — это далеко не полный список художеств, которые приписывают семейству Борджиа в целом. Но всё-таки самым главным отравителем и развратником, буквально погрязшим в грехе, признают Римского папу Александра VI.

Его преемник, папа Пий III, руководил Святым престолом всего лишь 27 дней и был к семейству Борджиа, в общем, лоялен, поскольку именно они и продавили его избрание. А вот следующий папа, Юлий II, заявил: «Я не буду жить в тех же комнатах, где Александр VI осквернил Святую Церковь, как никто до него узурпировавший папскую власть за счёт помощи дьявола… Я запрещаю под страхом отлучения от церкви говорить или думать о Борджиа снова. Его имя и память должны быть забыты. Он должен быть вычеркнут из каждого документа. Его правление должно быть уничтожено. Все портреты Борджиа должны быть покрыты чёрным крепом, все гробницы Борджиа должны быть вскрыты, а их тела отправлены обратно туда, откуда они пришли — в Испанию».

Обратите внимание на ловкий публицистический приём. Сначала Юлий II обрушивается на «осквернителя Святой Церкви» лично, а потом плавно, как бы исподволь, переходит к призыву искоренить память о фамилии Борджиа как таковой. Причём делает это в стиле «чемодан-вокзал-аул», призывая к вандализму в отношении даже могил «чужаков», которые, мол, припёрлись из своей Испании и завели здесь, в Святом Городе, свои мерзкие порядки.

Дело в том, что кроме банальной ксенофобии никаких других оснований к таким призывам у Юлия II не было. В самом деле, чем представители семейства Борджиа на папском престоле отличались от других?

Тем, что пропихивали своих родственников в кардиналы, а потом и в папы? Да, было такое. Семейство Борджиа дало престолу двух пап. Один — наш герой, Александр VI. Другой — его родной дядя, Алонсо де Борха, ставший папой под именем Каликст III и вытащивший своего племянника в Рим. Кстати, не самый плохой папа на престоле святого Петра. Он одобрил основание университета Грайфсвальд в Померании, поддерживал венгерских борцов против турецкой экспансии в Европе, тем самым сдерживая натиск ислама. И, главное, пересмотрел дело Жанны д’Арк — назначил новое судебное разбирательство и полностью реабилитировал Орлеанскую деву, когда-то сожжённую по обвинению в ереси. Историки католической церкви вообще оценивают его деятельность достаточно высоко. Делая, правда, одну оговорку: «За исключением непотизма».

Непотизм — от латинского слова nepos, то есть «племянник» — и есть то самое пропихивание своих родственников к высшим должностям в иерархии. Спору нет, такое дело и впрямь попахивает.

Но так ли в этом плане безгрешны обвинители? А вот тут — сюрприз. Самый главный и яростный обвинитель Борджиа, папа Юлий II, до принятия сана носил имя Джулиано делла Ровере. Кардиналом его сделал папа Сикст IV, который когда-то носил имя Франческо делла Ровере. И приходился будущему Юлию II… Правильно — родным дядей.

Очень серьёзны обвинения в разврате. Действительно, вот как описывает оргии, устраиваемые папой Александром VI и его дочерью Лукрецией Борджиа церемониймейстер римской курии Иоганн Буркард: «Лукреция, папа и гости бросали жареные каштаны, и блудницы подбирали их, бегая совершенно голые, ползали, смеялись и падали. Более ловкие получали от его святейшества в награду шелковые ткани и драгоценности. Наконец, папа подал знак к состязанию, и начался невообразимый разгул. Описать его и вовсе невозможно: гости проделывали с женщинами всё, что им заблагорассудится. Лукреция восседала с папой на высокой эстраде, держа в руке приз, предназначенный самому пылкому и неутомимому любовнику».

Другое дело, что и это престолу святого Петра было не в новинку. Скажем, в X веке он пережил то, что называют «порнократией». В буквальном переводе — «власть шлюх». Две женщины из семейства Теофилактов на протяжении 60 лет награждали папскими тиарами своих любовников, потом — детей от этих любовников. Кое-что перепало даже внукам. Впрочем, можно так далеко в историю и не забираться. Тот же Сикст IV, согласно хроникам Стефано Инфессуры «Дневник города Рима», был «страстным любителем мальчиков и содомитов, вручая бенефиции и кафедры за интимные услуги».

Лукреция Борджиа, художник Жорж-Антуан Рошгросс

Остаётся страшное обвинение в массовых убийствах посредством отравления. Фокус, однако, в том, что ни одно отравление, будто бы организованное Александром VI, доказано не было. Есть только слухи, сплетни и подозрения, которые базируются на простом факте. За одиннадцать лет понтификата Александра VI Борджиа на тот свет отправилось 27 кардиналов. Их места, как правило, занимали дети папы и его испанские родственники.

Тут впору вспомнить старинную английскую пословицу: «Из ста кроликов нельзя сделать лошадь, из ста подозрений нельзя сделать доказательства». Юлий II провёл на престоле святого Петра чуть больше девяти лет. А кардиналов при нём умерло 36. Их места точно так же занимали многочисленные племянники и более дальние родственники Юлия II.

Словом, нет никаких оснований выделять на общем нерадостном фоне именно папу Александра VI. Он был лишь одним из многих, кто подвёл католическую церковь к катастрофе Реформации. Но и тут надо сказать, что молоденький августинский монашек из Германии Мартин Лютер посетил Рим как раз во время понтификата главного обвинителя Борджиа, Юлия II. Посетил и ужаснулся всей мерзости того, что увидел: «Трудно себе представить, какие грехи и позорные дела совершаются в Риме. Для того чтобы поверить, нужно видеть и слышать всё это. Здесь бытует такая поговорка: “Если существует ад, то Рим построен на нем. Это бездна, из которой исходят все грехи”».

Источник aif.ru