От запретов к стимулам
Максим Александрович Лесков Традиционные духовно-нравственные ценности России  Аборты  Семья 
По данным Росстата, естественная убыль населения (разница между числом умерших и родившихся) составляла 495,3 тыс. человек в 2023 году и выросла до 596,2 тыс. человек по итогам 2024 года (около 600 тысяч человек в год в последние годы).
При таких темпах вырождения за ближайшие 20 лет страна потеряет от 10 до 12 миллионов коренного населения.
Демографический вызов, стоящий перед Россией, снова возвращает нас к вопросу о правомерности прерывания жизни.
Ещё в 2009 году по благословению архимандрита Петра (Кучера), впоследствии схиархимандрита, мною был опубликован призыв к гражданскому обществу выступить за мораторий на прерывание жизни в России.
Этот текст, нашедший отклик в православной среде (в частности, на портале «Русская народная линия»), сегодня звучит с новой силой, однако для практического решения проблемы одних только призывов, дискуссий и запретов, очевидно, недостаточно.
О чём говорит актуальная статистика. Вопреки распространённому мнению о том, что число абортов в нашей стране неуклонно растёт, официальная статистика демонстрирует обратную тенденцию.
По данным Росстата и Минздрава России, которые свели «Ведомости», за последние 15 лет число зарегистрированных искусственных прерываний беременности в России сократилось в четыре раза — с 1,01 миллиона до 235,7 тысячи случаев в год.
В пересчёте на 100 рождений их стало в три раза меньше (20 вместо 56), что вывело Россию в мировые лидеры по темпам снижения этого показателя.
Однако за сухими цифрами снижения кроется тревожная реальность. Даже 235 тысяч прерванных жизней ежегодно — это население целого областного центра.
О духовной цене этой трагедии точно сказал один из самых почитаемых современных православных подвижников, преподобный Паисий Святогорец:
«Если евангельскую заповедь нарушает один человек, то ответственность падает на него одного. Однако если что-то, противоречащее заповедям Евангелия, становится государственным законом, то гнев Божий приходит на весь народ — для того чтобы его воспитать» («Слова», т. 4 «Семейная жизнь»).
Региональная практика. Не дожидаясь общефедеральных решений, субъекты Федерации начали формировать собственную ограничительную практику. Сегодня эта работа идёт по двум основным направлениям.
Запрет на склонение к аборту. Первой в августе 2023 года такой закон приняла Мордовия, в ноябре к ней присоединилась Тверская область; тогда же свои законопроекты готовили Тамбовская и Калининградская области.
К началу 2026 года законы о запрете склонения к аборту приняты уже в 30 регионах, включая Санкт-Петербург, Крым, Якутию и Вологодскую область, однако административные штрафы реально действуют в 24 из них: в Московской, Нижегородской и Рязанской областях закон принят без санкций, а в Кемеровской, Иркутской областях и Якутии штрафы ещё не внесены в региональные кодексы.
Ограничение процедур в коммерческом секторе. По данным Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства, к началу ноября 2026 года все частные клиники полностью отказались от проведения абортов в 20 регионах — среди них Крым и Севастополь, Курская, Липецкая, Тверская, Смоленская и Вологодская области, Мордовия, Тыва и Чукотский автономный округ. Всего от этой практики отказались 1505 коммерческих медучреждений — 53,5% имевших соответствующие лицензии.
Опыт Вологодской области. Показательным примером стал курс на спасение будущих поколений губернатора Георгия Филимонова: в феврале 2025 года он призвал частные клиники региона полностью отказаться от лицензий на прерывание беременности, пообещав компенсации за отказ, — аборты сохранялись только по медицинским показаниям и в случаях, связанных с последствиями преступных действий в отношении женщин. По данным Минздрава, за 2025 год число прерываний беременности в области сократилось на 45,7% — с 3044 до 1653 случаев.
Вместе с тем картина не столь однозначна: сам губернатор называет иные цифры (снижение на 81,6%), а весной 2025 года Генпрокуратура выявила в вологодских госклиниках шесть случаев незаконного отказа женщинам в прерывании беременности — аборты по желанию женщины остаются по федеральным законам правомерными на всей территории страны.
Эксперты обращают внимание и на побочный эффект: часть женщин выезжает за процедурой в соседние области, например в Тверскую, где число прерываний за год выросло более чем на 20%.
Практика «абортного туризма» между соседними регионами наглядно доказывает главный тезис, заложенный ещё в нашей статье 2009 года: победить смерть в утробе матери одними лишь запретительными мерами невозможно.
Уроки истории и позиция государства: почему одних запретов недостаточно. В этом смысле поучителен советский опыт.
В 1936 году ЦИК и СНК СССР приняли знаменитое постановление «О запрещении аборта, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах». За этим длинным названием стоял целый комплекс системных шагов, которые государство внедряло одновременно с запретом.
Прямое материальное стимулирование многодетности. Матерям, имевшим уже шестерых детей, при рождении каждого следующего выплачивалось по 2000 рублей ежегодно в течение пяти лет, а матерям с десятью детьми — 5000 рублей единовременно за каждого следующего (то есть с одиннадцатого) и затем по 3000 рублей ежегодно в течение четырёх лет.
Одновременно были увеличены пособие роженицам на обзаведение предметами ухода за новорождённым (с 32 до 45 рублей) и ежемесячное пособие на кормление (с 5 до 10 рублей).
В советское время это были немалые средства.
Масштабное строительство инфраструктуры детства. Сталинский документ также предусматривал расширение сети родильных домов, детских яслей и детских садов в городах и сёлах, чтобы работающая мать имела возможность совмещать воспитание ребёнка с активной гражданской позицией.
Защита семьи и жёсткая ответственность отцов. Упомянутым Постановлением была существенно усилена уголовная ответственность за злостный неплатёж алиментов, а процедура развода усложнена и обложена высокими пошлинами, чтобы уберечь семьи от безответственных и скоропалительных решений.
Таким образом, очевидно, что советская власть понимала: запрет без социальной опоры и защиты прав женщины рискует увести проблему в криминальное подполье, поэтому делало ставку на комплексные социально-политические решения.
От запрета к стимулам: как сделать выбор в пользу жизни осознанным. Сегодня, когда перед страной остро стоит задача сбережения народа, нам необходим не просто мораторий на убийство нерождённых детей, а общенациональная стратегия создания условий, при которых рождение ребёнка становится для семьи благом, а не тяжёлым испытанием.
Улучшение статистики последних лет эксперты связывают не столько со штрафами, сколько с доабортным консультированием: по данным Минздрава, только за 2025 год после консультаций психологов, юристов и соцработников женщины сохранили около 46 тысяч беременностей.
Чтобы позитивный тренд стал необратимым, государственная политика должна окончательно сместить акцент с карательных мер на всестороннее стимулирование семьи.
1. Безусловная материальная и жилищная гарантия. Страх перед бедностью и отсутствием собственного угла остаётся главной причиной отказа от рождения детей.
Семья должна быть уверена, что с появлением каждого следующего ребёнка её жилищные условия гарантированно улучшаются, а ипотечная нагрузка списывается государством вплоть до полного погашения при рождении третьего или четвёртого малыша.
2. Доступная инфраструктура детства. Современная мать не должна оказываться в социальной изоляции. Необходима шаговая доступность яслей, детских садов, групп продлённого дня и бесплатных секций, чтобы родители могли гармонично сочетать воспитание детей с профессиональной реализацией.
3. Защита здоровья и репродуктивной функции. Требуются масштабные инвестиции в женские консультации, перинатальные центры, родильные дома и профилактику заболеваний. Государство обязано помогать тем, кто хочет стать родителями, в том числе через расширение программ лечения бесплодия.
4. Культурный и ценностный поворот. Закон о запрете склонения к аборту работает лишь тогда, когда он подкреплён общественной моралью. Многодетная семья должна стать главным героем информационной повестки, кинематографа и образования, а отцовство — предметом высокой ответственности и общественного уважения.
Резюме. Мораторий на смерть в утробе матери станет реальностью не тогда, когда закроется последний процедурный кабинет, а тогда, когда каждая женщина в нашей стране будет твёрдо знать: за её спиной стоит сильное государство, любящий супруг и солидарное общество, готовые поддержать её и её ребёнка в любой жизненной ситуации.
Максим Александрович Лесков, публицист, христианский философ
Источник: ruskline.ru
