О епископе, лжеепископе и церковном послушании
Юрий Владимирович Бычков Русская Православная Церковь 
15-е правило Константинопольского Двукратного Собора (861 г.) — один из самых важных и в то же время часто искажаемых канонов. Одни видят в нём оправдание любого неповиновения епископу при малейшем подозрении в заблуждении; другие, напротив, сводят его к безусловному запрету разрывать общение до соборного суда. Истина, как всегда, лежит посередине, и понять её можно только в святоотеческом контексте, с учётом всей церковной традиции.
Текст правила и его структура. Правило гласит: «Аще кто, не быв осужден на Соборе и не изобличен в ереси, но справедливо негодуя на своего епископа… прекратит общение с ним и не будет поминать его… таковый подлежит извержению из сана».
Далее следует исключение: «Отделяющиеся от общения с предстоятелем, ради некия ереси, осужденныя святыми соборами или отцами, когда, то есть, он проповедует ересь всенародно, и учит оной открыто в Церкви, таковые аще и оградят себя от общения с глаголемым епископом, прежде соборнаго разсмотрения, не токмо не подлежат положенной правилами епитимии, но и достойны чести, подобающей православным».
Таким образом, правило чётко разделяет: 1. Запрет самочинного отделения от епископа по причинам, не связанным с ересью (личные обиды, нравственные проступки и т.п.). Такое отделение — раскол, караемый извержением из сана.
2. Допустимое отделение в случае, если епископ всенародно проповедует ересь, уже осуждённую святыми соборами или отцами. Такое отделение не влечёт наказания и даже заслуживает чести.
Что значит «ересь, осуждённая святыми соборами или отцами»? Ключевое условие — ересь должна быть уже известной и осуждённой святыми Соборами или святыми отцами. Это не частное мнение отдельного клирика, а общецерковное определение, запечатлённое в соборных постановлениях или в писаниях признанных Церковью святых отцов. Например, арианство, монофизитство, иконоборчество. Если епископ открыто проповедует такую ересь, он сам поставляет себя вне Церкви, и верные вправе оградиться от него.
Если же высказывания епископа допускают разные толкования, если он не провозглашает ересь систематически с амвона, если сама ересь не имеет такого общецерковного осуждения — отделение преждевременно и канонически неоправданно. Тогда действует первая часть правила: «прежде соборного оглашения» прекращать поминание запрещено.
Духовная смерть через ересь. Чтобы понять, почему ересь столь опасна и почему Церковь допускает отделение от епископа-еретика до соборного суда, необходимо уяснить, что такое ересь по своей духовной сути.
Святитель Игнатий Брянчанинов называет ересь «грехом ума», рождающимся из гордости. Он пишет: «Вселенская Церковь всегда признавала ересь смертным грехом, всегда признавала, что человек, заражённый страшным недугом ереси, мертв душою, чужд благодати и спасения».
И далее: «Будучи собственно грехом ума, ересь не только омрачает ум, но и сообщает особенное ожесточение сердцу, убивает его вечной смертью». «Этим грехом человек всего ближе уподобляется падшим духам, которых главный грех — противление Богу и хула на Бога».
Смерть души есть разлучение с Богом, лишение присутствия благодати Божией. Святитель поясняет: «Ибо как для тела жизнь есть душа, так для души жизнь — Бог. И как после разлучения души с телом тело умирает, так и при отступлении от души благодати Божией душа становится мертвой».
Когда епископ начинает проповедовать учение, противоречащее догматам Церкви, он противоречит Самому Богу, Который учил иначе, и верует не так, как веруют святые отцы и вся Церковь. Он духовно отпадает от Христа — его душа закрывается для благодати. Душа бессмертна, но она становится духовно мёртвой, лишённой благодати, закрытой для неё грехом.
Главное отличие греха ума (ереси) от плотских грехов — в способе исцеления. Святитель Игнатий подчёркивает: «Ересь, будучи грехом тяжким, грехом смертным, врачуется быстро и решительно, как грех ума, искренним, от всего сердца преданием ее анафеме».
Святой Иоанн Лествичник подтверждает: «Святая Соборная Церковь принимает еретиков, когда они искренне предадут анафеме свою ересь, и немедленно удостаивает их Святых Тайн». Когда человек через покаяние открывается для благодати и соединяется с Источником жизни — Христом, душа оживает духовно.
Важно подчеркнуть: любой смертный грех, а не только ересь, делает человека чуждым благодати, и таинства для него, если он приступает без покаяния, совершаются в осуждение. Епископ, впавший в смертный грех (в том числе в ересь), духовно умирает, и если он совершает Литургию или причащается в таком состоянии, он принимает Святые Дары «в суд и во осуждение» (1 Кор. 11:29). Но особенность ереси в том, что она распространяется через авторитет. Епископ — учитель, его слово воспринимается как голос Церкви. Поэтому ересь, проповедуемая им, способна заразить неокрепшие души, повредить их и сделать неспособными к принятию благодати. Именно поэтому Церковь столь строго относится к ереси и даёт право отделяться от епископа-еретика, даже если соборное осуждение ещё не состоялось: защита паствы от духовной заразы важнее сохранения формального мира.
Два уровня: духовный и канонический. Человек в Церкви существует на двух уровнях, которые взаимосвязаны, но не тождественны.
Духовный уровень — состояние души, её отношение к Богу. Ересь, как сказано выше, убивает душу, делая человека духовно мёртвым, чуждым благодати.
Канонический уровень — принадлежность к церковному организму через Крещение и, для епископа, через хиротонию. Хиротония сообщает благодать священства, которая действует объективно, независимо от личного состояния совершителя. Поэтому возможно состояние, когда епископ духовно мёртв, но канонически ещё пребывает в Церкви, и его таинства действительны.
Покаяние способно быстро оживить душу, поскольку ересь как грех ума врачуется «искренним, от всего сердца преданием её анафеме». Анафема же — это акт церковной власти, окончательно отсекающий человека от Тела Христова и лишающий его канонического статуса.
Статус епископа до соборного суда. До соборного приговора епископ остаётся каноническим епископом. Его хиротония действительна, таинства, совершаемые им или с его благословения, благодатны. Православная Церковь отвергает донатизм — учение, будто благодать зависит от личной святости или безошибочности совершителя. Таинства совершает Сам Христос, а священнослужитель лишь орудие.
При этом важно различать: духовно такой епископ уже отпал от Бога, его душа мертва для благодати, но канонически он остаётся законным епископом до соборного решения. В этом смысле 15-е правило и говорит о «глаголемом епископе» — том, кто называется епископом, занимает кафедру, имеет законную хиротонию, но по вере уже чужд Церкви. Однако объявить его таковым, лишить сана или объявить его таинства недействительными может только Собор. До этого верные могут лишь оградиться от общения с ним, но не вправе самовольно лишать сана.
Каким образом через духовно мёртвого епископа может проходить благодать? Ответ — в таинстве хиротонии. Церковное предание сохраняет веру, что при рукоположении каждому священнослужителю даётся особый Ангел-хранитель священства, восполняющий его немощь. Человек сам по себе недостоин совершать столь великое таинство, но за него и через него действует Ангел, или, как говорят святые отцы, сила всей Церкви, возглавляемой Христом. Поэтому действительность таинств не зависит от личного достоинства совершителя: если он имеет законное право священнодействовать, то благодать Божия действует через него ради верных и ради единства Тела Христова. Если же епископ не имеет законного права (извержен из сана), то его священнодействия недействительны. Пока он не извержен, он канонически правомочен, и его таинства признаются Церковью.
Цель соборного суда: вразумление, а не только наказание. Собор созывается не для того, чтобы «освободить Церковь от заразы», а прежде всего для вразумления заблуждающегося. История Церкви показывает: Арию, Несторию, иконоборцам сначала давали возможность защищаться и призывали к покаянию. Только после упорного отказа следовало осуждение.
Вспомним рассказ из «Луга духовного»: старец по простоте искажал Символ веры, но Бог не отсёк его, а послал диакона для исправления. Так и Церковь действует через собор: сначала увещевает, ждёт покаяния, и лишь затем, если еретик не раскаялся, осуждает. Утверждение, будто осуждение «имеет целью не исправление», противоречит духу церковного суда как врачебницы.
Действия клирика при явной ереси епископа. Когда епископ начинает всенародно проповедовать уже осуждённую святыми соборами или отцами ересь, перед клириком открываются два канонически допустимых пути.
1. Прекращение поминовения с открытым объявлением о причине и готовностью к послушанию. Это исповеднический подвиг, прямо одобряемый правилом. Клирик, убедившись, что ересь осуждена, а епископ проповедует её открыто и систематически, открыто заявляет о прекращении поминовения, объясняя, что его совесть не позволяет ему находиться в молитвенном общении с тем, кто публично учит уже осуждённой ереси. Он не действует тайно, не создаёт параллельную иерархию, не самочинно прекращает священнослужение. Он остаётся в каноническом поле: продолжает подчиняться правящему архиерею и ожидает его решения или соборного суда.
Если епископ запретит его в служении — он подчинится запрещению. Если отправит за штат или на покой — примет и это. Если же епископ не предпримет никаких мер и оставит его служить без поминовения — он будет служить без поминовения. Главное — он не берёт на себя функции судьи и не прерывает канонического подчинения. Как верно сказано: «Клирик, прекратив поминовение своего епископа, должен этим ограничиться и избегать поминовения другого, ожидая с чистой совестью соборного решения».
В этом суть подвига: не тайное самочиние, а открытое свидетельство истины перед лицом церковной власти, готовность понести любые прещения ради сохранения веры.
2. Продолжение поминовения при внутреннем несогласии с ересью. Архимандрит Епифаний (Феодоропулос) прямо пишет: «Оно не требует от клириков непременного прекращения поминовения проповедующего ересь епископа до осуждения последнего, но просто даёт им право на такое действие… Однако если другой клирик поступит иначе и, не разделяя учения епископа, будет продолжать поминать последнего, ожидая "соборного оглашения" и осуждения, то и он никоим образом не осуждается правилами».
И далее: «За долгую историю Церкви были низвержены из сана за ересь многие и многие епископы, но ни разу не был наказан и даже просто не подпал под епитимью ни один клирик за то, что не поспешил сразу же отделиться от еретика-епископа, но дожидался соборного "приговора" последнему».
Это путь послушания и терпения. Священник признаёт канонический статус епископа, хотя не разделяет его заблуждений. Он продолжает молиться о вразумлении архиерея и ждёт соборного решения. Такой выбор не является предательством веры, потому что поминание не означает согласия с ересью.
Выбор между этими двумя путями — дело совести, духовной зрелости и обстоятельств. Но ни один из них не предполагает ни самовольного прекращения служения, ни ухода в раскол.
Важное дополнение: если священник, избравший первый путь, был запрещён епископом за непоминовение, он не имеет права самовольно перейти к другому епископу. Каноны категорически запрещают клирикам оставлять своего епископа и переходить в другую епархию без письменного разрешения (отпускной грамоты). 15-е апостольское правило, 15-е правило I Вселенского Собора и 17-е правило Трулльского Собора предписывают извергать как самого перешедшего, так и принявшего его епископа.
Единственный канонический путь для запрещённого клирика — обжаловать прещение в вышестоящей инстанции: у митрополита, патриарха или церковного суда. Если соборный суд признает его правоту и снимет запрет, он сможет вернуться к служению. Если же запрет останется в силе, он должен нести его как исповедник, оставаясь в Церкви, но не имея права священнодействовать. Именно в этом заключается полнота исповеднического подвига: нести ответственность за свой выбор до соборного решения, не уходя в раскол и не присваивая себе чужих полномочий.
Что означает поминание епископа за Литургией? Поминание имени правящего архиерея — это свидетельство канонической законности хиротонии и преемства, а не одобрение всех его личных взглядов.
Митрополит Афанасий Лимасольский говорит: «Возношение имени правящего архиерея свидетельствует о том, что в этом храме совершаются истинные таинства».
А Стефанос Анагностопулос поясняет: «Это поминание показывает единство Церкви и залог того, что священник, который совершает Божественную литургию, является законным священником Церкви».
Таким образом, поминание не делает священника автоматически причастным к сомнительным мнениям епископа. Оно лишь удостоверяет иерархическое единство. Если епископ ещё не осуждён, его поминание обязательно, даже при несогласии с отдельными высказываниями. В этом нет лицемерия: признаётся законность сана, а не истинность каждого слова.
На упрёк, что поминание еретика означает общую с ним веру, отвечаем: Церковь уже осудила саму ересь, которую он проповедует, но ещё не осудила его лично как еретика. Его канонический статус остаётся в силе до соборного решения. Поэтому поминание его имени означает признание его канонической власти, а не согласие с его еретическими взглядами. Как только собор извергнет его из сана, всякое поминание станет невозможным, ибо он уже не член Церкви.
Священник не имеет права служить без благословения правящего епископа. Поэтому, если его совесть не позволяет ему поминать епископа, он должен действовать по 15-му правилу: открыто заявить о своём решении и ждать решения епископа или собора, но не уходить в раскол и не искать самовольно другого архиерея. Любой иной путь — самочинное сборище, запрещённое канонами.
Роль мирян. 15-е правило адресовано прежде всего клиру. Миряне не обязаны прекращать поминание епископа — они вообще не участвуют в священнодействии и не произносят его имени за Литургией. Их долг — хранить чистоту веры, не принимать еретических учений, обличать неправду по мере сил.
Если в храме открыто проповедуется осуждённая святыми соборами или отцами ересь, мирянин может покинуть такой храм и найти другой, где учение здраво. Но уходить в раскол, создавать «альтернативную иерархию» или утверждать, что вся Церковь потеряла благодать, — значит преступить каноны и нанести вред собственному спасению. Мирянин приходит в храм ко Христу, а не к епископу, и его молитва может быть спасительной, даже если поминание епископа продолжается.
Если мирянин не может с чистой совестью произносить имя епископа, он может в этот момент про себя молиться о его вразумлении и покаянии. Это не будет ни лицемерием, ни осуждением.
Ошибки современных «зилотов». Некоторые ревнители, ссылаясь на 15-е правило, допускают серьёзные искажения: объявляют епископов лже-епископами до соборного суда на основании собственных подозрений; утверждают, что поминание автоматически приобщает к ереси и оскверняет; обвиняют всех, кто не прекратил поминание, в трусости и предательстве; полагают, что необличённая ересь немедленно становится официальным учением Церкви; призывают к самочинному прекращению служения или к уходу из Церкви под предлогом защиты веры; считают, что всякий, кто не согласен с их оценкой, уже находится в ереси или отступлении.
Всё это противоречит и букве, и духу канона. Правило даёт право на отделение только при строго определённых условиях: ересь осуждена святыми соборами или отцами и проповедуется всенародно и открыто. Без этих условий отделение — раскол.
Заключение. 15-е правило Двукратного Собора в первую очередь направлено на сохранение церковного единства и предотвращение расколов. Оно даёт ясный критерий: прежде соборного осуждения епископа никакое самочинное отделение от него недопустимо, кроме случая, когда он открыто проповедует уже осуждённую ересь. И даже в этом исключительном случае правило не призывает к уходу из Церкви, а лишь ограждает от духовной заразы, оставляя окончательное решение за соборным разумом.
Главное — не терять любви и не спешить с разрывом, помня, что суд принадлежит Собору, а не частному лицу. Только в этом случае мы останемся в Церкви, которая есть столп и утверждение истины, и не впадём ни в безразличие к ереси, ни в гибельный раскол.
Краткие выводы: 1. До соборного суда епископ канонически остаётся епископом, даже если духовно отпал от Бога; 2. 15-е правило разрешает отделяться только при явной проповеди уже осуждённой ереси; 3. Поминание епископа не означает согласия с его заблуждениями, а лишь признаёт его каноническую власть; 4. Раскол никогда не был путём защиты веры; истинная защита — в соборном разуме Церкви и молитве о вразумлении заблуждающихся.
Юрий Владимирович Бычков, основатель Братства «За Русь Святую», Казань
Источник: ruskline.ru
