МАТЕРИАЛЫ ВЕСТНИКА СЕРБСКИЙ КРЕСТ

Главная страница портала СТОЯНИЕ ЗА ИСТИНУ

МАТЕРИАЛЫ ВЕСТНИКА СЕРБСКИЙ КРЕСТ

АРХИВ ОБНОВЛЕНИЙ

СТАТЬИ К.ГОРДЕЕВА

АНТИГЛОБАЛИЗМ

ПРОБЛЕМА ИНН

ВЛАСТЬ ЗВЕРЯ

ЮРИДИЧЕСКАЯ ЗАЩИТА

АНАЛИТИКА

СЧЕТЧИКИ

ОБЫКНОВЕННЫЙ ГЛОБАЛИЗМ
Обращение православных патриотических организаций ОСТАНОВИТЬ РАЗГУЛ ИЗРАИЛЬСКОЙ ВОЕНЩИНЫ НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ !

Версия для печати

 Глава Союза “Христианское Возрождение” В. Н. Осипов.
 Председатель Союза Православных Братств Л. Д. Симонович.
Глава Союза русского народа И. Б. Кузнецов. 

  Ниже редакция "СК" приводит две статьи: арабского и еврейского авторов. Не во всем разделяя их точку зрения, мы сочли возможным предложить данные материалы вашему вниманию в связи с откровенностью высказанной в них авторской позиции.

ТЕРРОРИЗМ: ИХ И НАШ

3 года назад, 12 октября 1998 г., в Университете Колорадо была прочитана лекция, имеющая непосредственное отношение к терроризму вообще и к событиям 11 сентября, в частности. Лекцию прочитал Экбаль Ахмад, заслуженный профессор Хэмпширского колледжа (Массачусетс) по проблемам международных и ближневосточных отношений. Ниже приводится текст его выступления с небольшими купюрами.

Еврейских подпольных деятелей в Палестине в 1930-х и 1940-х годах причисляли к "террористам". К 1942 г., в связи с массовым истреблением евреев, в западном мире появилась вполне понятная симпатия к еврейскому народу. В определенный момент (к 1944-45 г.) террористы из Палестины, которые также были сионистами, неожиданно стали считаться "борцами за свободу". Но по крайней мере два израильских премьер-министра, в том числе Менахем Бегин, в свое время были объявлены террористами, за которых была обещана большая награда. Например, за голову Бегина обещали 100 000 английских фунтов стерлингов.

С 1969 г. по 1990 г. основной террористической организацией считалась Палестинская Освободительная Организация (ПОО). Место "Главного террориста" занимал Ясир Арафат. Сейчас, 29 сентября 1998 г., я был изумлен, увидев фотографию с Ясиром Арафатом по правую руку от президента Билла Клинтона. Всего лишь несколько лет назад его изображали вооруженным и с весьма зловещим видом.

В 1985 г. президент Рональд Рейган принял в Белом Доме группу бородатых людей в тюрбанах. Указывая на них, он сделал сообщение для прессы: "Эти люди являются моральным эквивалентом отцов-основателей Америки". Это были афганские муджахеды. В то время они сражались против Империи Зла.

В августе 1998 г. другой американский президент приказал обстрелять ракетами с военно-морской базы в Индийском океана места дислокации Осамы бин Ладена и его людей в Афганистане. Как вы помните, всего лишь несколько лет назад мистер бин Ладен был моральным эквивалентом Джорджа Вашингтона и Томаса Джефферсона. Конечно, он рассердился, будучи понижен в должности, и его гнев стал искать себе выход.

Я упоминаю все эти факты, чтобы показать вам, что терроризм - довольно сложное понятие. Вчерашний террорист - это сегодняшний герой, и наоборот. Все изменяется в этом вечно меняющемся мире. Это первое.

Второе. В силу переменчивости терроризма он трудно поддается определению. Я изучил порядка 20 официальных документов о терроризме. Ни в одном из них нет определения терроризма. Документы объясняют, что это такое, полемизируют, выражают свое эмоциональное отношение, но не дают определения. Я приведу вам только один пример. 25 октября 1984 г. Джордж Шульц, тогдашний госсекретарь США, выступал в нью-йоркской синагоге на Парк Авеню. Это была длинная речь по поводу терроризма. В бюллетене государственного департамента величиной 7 страниц убористого текста не содержалось ни одного определения терроризма. Все, что мы могли прочесть, сводилось к следующему: "Терроризм - это современное варварство, которое мы называем терроризмом". Это определение номер один. Определение номер два еще более великолепно: "Терроризм - это форма политического насилия". Номер три: "Терроризм - угроза западной цивилизации". Номер четыре: "Терроризм - угроза западным моральным устоям".

Нигде нет определения терроризма, потому что определение предполагает, что мы анализируем и соблюдаем нормы формальной логики. Отсутствие определения, однако, не препятствует официальным лицам стоять на позиции глобализма. И это третья характерная черта официальных документов о терроризме. Мы не можем определить терроризм, но это угроза моральным устоям западной цивилизации, а также всему человечеству и правопорядку. Поэтому мы должны повсеместно его уничтожать. Еще одно высказывание Джорджа Шульца: "Там и тогда, где нужно противостоять терроризму, у нас не возникает никакого вопроса по поводу возможности применить силу".

Четвертая характеристика: попытки борьбы с терроризмом отличаются не только глобальным подходом, но и всеосведомленностью. Мы знаем, где находятся террористы, следовательно, мы знаем, куда наносить удар. У нас есть средства это узнать. Шульц: "Мы знаем разницу между террористами и борцами за свободу, и оглядываясь вокруг, не испытываем трудностей, определяя разницу между ними". Только Осама бин Ладен не знает, что когда-то он был союзником, а потом стал врагом.

Пятое. Официальный подход к явлению терроризма не рассматривает причинной связи. На причину того, почему те или иные люди становятся террористами, не смотрят вообще. Зачем рассматривать причины? Знание причины предполагает сочувствие. Один пример. 18 декабря 1985 г. в "New York Times" появилась заметка, что министр иностранных дел Югославии попросил госсекретаря США рассмотреть причины палестинского терроризма. Далее я цитирую из "New York Times": "Джордж Шульц слегка покраснел. Затем он ударил по столу и сказал прибывшему с визитом югославскому министру: "Причины не имеют никакого значения". Точка.

Шестое. Моральное осуждение терроризма при таком подходе является избирательным. Мы должны ужасаться террору тех формирований, которые официально осуждаются. Мы должны аплодировать тем группам, действия которых официальные лица одобряют.

Такой подход также исключает из рассмотрения террор дружественных правительств. Не считается террором то, что делал Пиночет, или то, что творил Зия уль-Хак. Однако количество людей, убитых государственным террором Зия уль-Хака, Пиночета, а также террором типа аргентинского, бразильского или индонезийского, в сто тысяч раз больше, чем количество убийств, совершенных террористическими организациями типа ПОО.

И последнее замечание по поводу отношения к терроризму. США являлись спонсором террористических режимов во время холодной войны. Друзьями Америки были Сомоса, Батиста и другие тираны.

Рассмотрим теперь тех, кто стоит по другую сторону баррикады. Только не думайте, что я собираюсь восхвалять другую сторону. Но для баланса мы должны ее рассмотреть. И спросить себя: "Что такое терроризм?" Мы должны определить его, назвать, дать то или иное описание, которое будет отличаться от "морального эквивалента отцов-основателей" или "вызова моральным устоям западной цивилизации". В академическом словаре Вебстера читаем: "Террор - это мощный непреодолимый страх". Это простое определение имеет одно неоспоримое преимущество - оно ясное. В том же словаре читаем про "использование террористических методов управления или сопротивления правительству". Мы видим, что центральный пункт здесь - незаконное, неконституционное применение насилия. И это определение правильное уже в силу того, что оно вскрывает понятие терроризма независимо от того, кто его применяет: государство или частные люди.

Вы заметили, что здесь совершенно не рассматривается мотивация? Мы не говорим о том, справедлива причина или нет. Мы говорим о согласии и отсутствии согласия, законности и незаконности, конституционности и неконституционности. Почему мы не говорим о мотивах? Потому что мотивы бывают разные.

В целом можно выделить пять типов терроризма. Первый тип - государственный терроризм. Второй - религиозный терроризм. Далее - преступления и все виды мафии. Любое преступление - это террор. Затем есть еще патология. Тот, кто страдает патологической манией, как правило, желает заострить на себе внимание целого мира. Он может попытаться убить президента или остановить автобус с целью ограбления. Наконец, существует еще политический террор отдельных групп людей, будь они индейцами, вьетнамцами, алжирцами, палестинцами, или красными бригадами. Политический террор частной группы порождает оппозиционный террор. Запомним эти пять видов терроризма. Будем также иметь в виду, что иногда эти пять разновидностей могут сталкиваться по своим интересам. Тогда государственный террор может превратиться в частный террор. Например, все мы знаем, что существуют так называемые эскадроны смерти в Латинской Америке и в Пакистане. Правительство нанимает частных лиц для убийства своих оппонентов. Политические террористы могут сойти с ума и стать патологическими. Преступники могут работать на политику. В Афганистане, Центральной Америке ЦРУ использует в своих операциях наркодельцов. Оружие и наркотики, как и вообще любая контрабанда, часто появляются вместе.

Как показали специальные исследования, примерно 50% всех террористических акций совершается без примеси какой-либо политики. Мы сейчас рассмотрим политический террор и попробуем понять, что заставляет отдельные группы людей заниматься этим видом террора.

Во-первых, потребность быть услышанными. Допустим, мы имеем дело с некоторой группой людей - меньшинством, чьи интересы, так или иначе, ущемляются. Сначала они просто жалуются на свое положение. Их никто не слышит. Тогда они начинают действовать. Палестинцы, например, представители супертеррора наших дней, были выселены со своей территории в 1948 г. В течение 20 лет они обращались во все судебные инстанции мира и стучались во все двери. Им отвечали, что они сами виноваты - арабское радио провело провокационную кампанию, а они попались на удочку, и ушли со своей территории. Никто не хотел докапываться до истины. Наконец, палестинцы изобрели новую форму террора - "хаиджекинг", угон самолетов. С 1968 г. по 1975 г. они поставили "на уши" весь мир. Они выдернули нас из благодушного состояния и заставили прислушиваться к себе. Мы все равно не могли поступить с ними по справедливости, но, по крайней мере, мы уже знали. Даже израильтяне их признают. Помните, как сказала Голда Мейер, премьер-министр Израиля в 1970 г.: "Палестинцы? Нет такой нации". Они, тем не менее, существуют. Они очень даже существуют, и мы в этом убеждаемся каждый день.

Смесь гнева и беспомощности порождает желание возмездия. Так жертвы обращаются в террористов. Дети, которых все время бьют, становятся скандальными родителями, склонными к насилию. То же происходит и с нациями.

Дурной пример заразителен. После одного угона самолета последовали девять попыток угона в девяти разных аэропортах Америки. Еще более серьезными являются примеры, которые подает правительство.

Ключевым моментом в "терроризме жертвы" является отсутствие революционной идеологии. Революционеры не идут на необдуманный террор. Марксисты, в частности, утверждают, что если и начинать проводить революционный террор, то он должен быть социологически и психологически избирательным. Нельзя угонять самолеты, хватать заложников и убивать детей. Вспомните, что основные революции - китайская, вьетнамская, алжирская, кубинская - никогда не имели ничего общего с "угоносамолетовским" типом терроризма. Они тоже осуществляли террор, но он, хоть и весьма скверный, был весьма селективным и социологически обусловленным, тщательно организованным и ограниченным.

Последний мой вопрос заключается в следующем. Подобные условия существуют уже длительное время. Почему тогда только сейчас проявился такой мощный всплеск частного политического терроризма? Ответ заключается в развитии технологии. У вас есть причина быть недовольным. Вы можете сообщить о ней по радио и телевидению. И все зашевелятся, если вы угоните самолет или захватите 150 американцев в заложники. Все услышат о вашей причине. С помощью современного вооружения вы можете дотянуться до цели, которая находится на расстоянии в целую милю. У вас также есть современные средства коммуникации. Когда все это складывается вместе - причина, инструмент принуждения, способ коммуникации - начинается политика. На подобный вызов правители разных стран пытаются отвечать традиционными методами. Традиционный метод сводится к подавлению и расстреливанию, будь то с помощью ракет или других средств. К традиционному методу прибегают израильтяне, американцы, французы; теперь даже пакистанцы. В Пакистане говорят: "Наши коммандос самые лучшие." Но дело в том, что традиционный метод уже не работает. Центральная проблема нашего времени заключается в противоречии между политиками, смотрящими в прошлое, и новыми реалиями, которые породило наше время.

Итак, в заключение, каковы мои рекомендации для Америки?

Во-первых, нужно отказаться от политики двойных стандартов. Эта политика неминуемо повлечет за собой расплату. Не надо прощать израильский, пакистанский, никарагуанский или сальвадорский террор и при этом жаловаться на афганский или палестинский. Попытаемся быть беспристрастными. Сверхдержава не может проводить террор в одном месте и успешно подавлять его в другом. В нашем компактном мире это уже не работает.

Не прощайте террора вашим союзникам. Обвините их. Сражайтесь с ними. Накажите их. Избегайте, пожалуйста, тайных операций и "тлеющих" войн. Они - почва для террора и наркобизнеса. В созданном мною фильме "Играя с дьяволом", который был очень популярен в Европе, хорошо показано, что в любой тайной операции всегда основной движущей силой были наркотики. А торговля наркотиками как раз очень хорошо развита в Афганистане, Вьетнаме, Никарагуа и Центральной Америке. Избегайте этого. Откажитесь от этого. Это не принесет пользы.

Сконцентрируйтесь на причинах и попытайтесь улучшить то, что за ними стоит. Решить проблемы, которые порождают эти причины. Откажитесь от военных решений. Терроризм - это политическая проблема. Значит, надо искать политические решения. Здесь должна помочь работа дипломатов. Возьмите последнюю атаку на бин Ладена. Вы не знаете, кого вы атакуете. Они говорят, что знают, но и они тоже не знают. Они пытались убить Кадафи. Они убили его четырехлетнюю дочь. Бедный ребенок ничего никому не сделал. Кадафи до сих пор жив. Они пытались убить Саддама Хусейна. Они убили Лейлу бин Аттар, известную художницу, невинную женщину. Они попытались убить бин Ладена и его людей. Умерло двадцать пять других людей. Они попытались уничтожить химический завод в Судане. Теперь они признали, что разрушили не химический завод, а совсем другой, который давал половину всех производимых в Судане лекарств. Вы ничего не знаете. Вы только думаете, что вы знаете.

Четыре американских ракеты упали в Пакистане. Одна была немного повреждена. Две полностью разрушились. Одна осталась совершенно целой. В течение десяти лет американское правительство поддерживало эмбарго в отношении Пакистана, потому что Пакистан ведет разработки в области ядерного вооружения. Но одна из ракет теперь находится во владении Пакистана. Официальный представитель из Пакистана сказал в интервью газете Washington Post, что это был подарок от Аллаха. Теперь пакистанские ученые очень тщательно изучают эту ракету.

Итак, не следует искать военных решений проблемы, которую можно решить только политическим способом. Военные решения порождают больше проблем, чем они решают.

Кроме того, необходимо ужесточить международное законодательство. Почему бы не обратиться сначала в судебную инстанцию в Риме по уголовным делам. Если у вас есть доказательства виновности бин Ладена, получите ордер на его арест и придите его арестовывать. Но пусть это будет сделано в рамках международного законодательства. Необходимо придать больший вес решениям ООН, международных судебных инстанций.

Напоследок несколько замечаний относительно деятельности бин Ладена. Во-первых, что такое "джихад"? Тысячу раз это слово переводили как "священная война". "Джихад" - это арабское слово, которое означает "бороться". Эта борьба может осуществляться с помощью насилия или мирными методами. Есть так называемый малый джихад и большой джихад. Малый джихад включает насилие. Большой джихад подразумевает борьбу с самим собой. Понятие джихада практически не употреблялось в течение последних четырех сотен лет. Оно внезапно возродилось, с американской помощью, в 1980-х годах. Когда Советский Союз вторгся в Афганистан, Зия уль Хак, военный диктатор Пакистана, граничащего с Афганистаном, ухватился за новую возможность и объявил джихад против безбожного коммунизма. США увидели в этом перст божий и объявили мобилизацию, в ходе которой призвали миллиард мусульман на войну против Империи Зла. На эту борьбу ушли огромные деньги. Агенты ЦРУ разъезжали по всему мусульманскому миру и призывали людей на великий джихад. Бин Ладен включился в эту борьбу на одном из первых ее этапов. Он не только араб, но и саудовец, а, кроме того - еще и мультимиллионер, пожелавший вложить свои собственные деньги в это дело.

Впервые я встретил его в 1986 г. Встретиться с ним мне порекомендовало одно американское официальное лицо. Не знаю, относится ли он к числу агентов. Я спросил его, не знает ли он здесь арабов, которые могут представлять определенный интерес. Под словом "здесь" я подразумевал Афганистан и Пакистан. Он ответил: "Вы должны увидеть Осаму". Я встретился с ним. Это был богатый человек, набирающий рекрутов из Алжира, Судана, Египта, подобно тому, как это делал Шейх Абдул Рахман. Этот парень был союзником. Он и остался союзником. В 1990 г. США ввели войска в Саудовскую Аравию. Саудовская Аравия - священное место для мусульман, там Мекка и Медина. Там никогда раньше не было иностранных войск. Американские войска вошли туда якобы для того, чтобы помочь Саудовской Аравии в войне против Саддама Хусейна. Осама бин Ладен оставался спокоен. Саддам был побежден, но американские войска остались на земле Каабы (священное место ислама в Мекке). Он писал воззвания, в которых восклицал: "Почему вы до сих пор здесь? Уходите! Вы пришли помочь, но вы остались". В конце концов, он начал джихад против оккупантов. Он видит свою миссию в том, чтобы изгнать американские войска из Саудовской Аравии. Ранее его миссия заключалась в том, чтобы удалить русские войска из Афганистана.

Необходимо также подчеркнуть, что эти люди живут по законам своего племени. То, что Осама бин Ладен миллионер, ничего не меняет. Их этические нормы - это нормы племени. Этика племени заключена в двух словах: верность и месть. Допустим, вы мой друг. Вы держите свое слово. Я к вам лоялен. Вы нарушаете ваше слово. Я встаю на тропу мести. Для Осамы, Америка нарушила свое слово. Верный друг предал. Кто-то, кому вы поклялись быть верным до гроба, предал вас. Поэтому они и вступили на тропу войны. И это еще только цветочки. Поэтому я и говорю: прекратите тайные операции. Цена их слишком велика, ее трудно оценить, а расплачиваться придется американскому народу.

http://www.pereplet.ru/http://www.pereplet.ru/

________________________

Исраэль Шамир

ВТОРЖЕНИЕ

Пасхальная война Шарона – это конец главы, но не книги.
 

В эти дни мы испили до дна чашу отчаяния и бессилия. Наши протесты и петиции, электронные письма и демонстрации оказались так же действенны, как заклинания и проклятия против танков. Политически корректные или безудержные, остроумные или грубые, друзья равенства в Палестине столкнулись с превосходящими силами противника. Президент США провозгласил “право Израиля на самозащиту”, БиБиСи и СиэНэН изобрели выражение “в ответ на”, и войска Шарона вторглись в палестинские города. Они успешно уничтожили палестинское самоуправление и начали облавы, массовые аресты и хладнокровные расстрелы. В Вифлееме мирная демонстрация европейских пацифистов была обстреляна захватчиками из пулеметов. Церковь Рождества осаждена, трупы лежат на площади Яслей Христовых. Местные жители говорят о десятках убитых палестинцев, застреленных в упор. Израиль и США, которыми давно уже правит одна и та же команда, препятствуют действиям ООН и международных организаций, подготавливая в то же время вторую часть операции – вторжение в Газу.

Это тяжелые времена, но не такие безнадежные, как хотелось бы думать нашим врагам. Подкупленная западная пресса лжесвидетельствует о “схватках палестинцев с израильтянами”, но, на самом деле, израильские солдаты не встречают серьезного сопротивления. Почему известные своей отвагой палестинские боевики не сражаются с еврейскими захватчиками?

Один ответ очевиден, как заметил израильский журналист и мирный активист Ури Авнери. Неравенство сил слишком велико, чтобы плохо вооруженные палестинцы могли противостоять одной из сильнейших армий мира, за чьей спиной – их ручной Джаггернаут (воинственное индийское божество – пер.) – США. Но есть еще одна причина – Палестинская национальная автономия не стала национальным символом, за который палестинцам стоит умирать. Жизнь в ПНА  осталась жизнью под властью евреев.

Сейчас неподходящее время останавливаться на прегрешениях ПА, хорошо описанных Робертом Фиском и многими другими. Напомню лишь слова Муны Хамзе из лагеря беженцев Дехейше, возле Вифлеема:: “С тех пор, как Арафат и его команда получили контроль над зоной А в Вифлееме в декабре 1995 года, они использовали деньги, предназначенные для Вифлеема, для постройки нового полицейского участка с новой тюрьмой, новой штаб-квартиры для его контр-разведки, новой штаб-квартиры для разведки, новой резиденции для Арафата и его высоких гостей, и персональной вертолетной посадочной площадки на Джабал Антон, небольшом холме над Дехейше – единственном незастроенном месте рядом с лагерем. Лучше бы он построил там игровую площадку для наших детей. Вот что он сделал в Вифлееме.” (“Возвращение в Холокост”, 12 марта 2002 г.)

Муна Хамзе несколько преувеличивает: Вифлеем подновили, дороги замощены, площадь Яслей отреставрирована, были открыты новые отели и качество жизни повысилось за годы административного управления ПА. Однако она выражает глубинные чувства многих своих соотечественников, от профессора Саида до беженцев в Дехейше, глубоко разочарованных ПА. Кому бы ПА не пыталась угодить – своему верховному повелителю – Израилю, или зажатому в тиски населению – она не получила популярности. Израиль изобрел Палестинскую Администрацию, чтобы управлять палестинцами, не для того, чтобы тем жилось лучше. Сомневаюсь, чтобы ПА могла сделать больше.

В продолжающемся палестинском Холокосте ПА вынуждена играть  двусмысленную, хуже того, неисполнимую роль Юденрата (Еврейского самоуправления), которое организовали фашисты в гетто оккупированной Европы. У немцев тоже не было особого желания лично подавлять их “низшую расу”. Они предпочитали дать им ограниченное самоуправление во внутренних делах. Некоторые просвещенные нацисты были готовы основать отдельное еврейское государство внутри Третьего рейха, что-то в духе представлений Шарона о палестинском государстве. Этот план был реализован на короткое время в окрестностях Люблина, в части Польши с большим количеством евреев
Еврейский район назывался по-разному: Люблинланд, Джуишланд, Юденланд, Еврейская резервация и Еврейский Автономный Округ.

После войны о Юденрате было написано много книг и пьес. Евреи были им недовольны, они считали его “продавшимся”, “готовым служить врагу”, “правительством коллаборационистов”, “коррумпированным” как ПА в наши дни. Но Юденрат не мог сделать больше. Не может и ПА. Палестинцы были и оставались крепостными еврейского государства апартеида, в ПА или за ее пределами.

Вторжение Шарона навеки похоронило идиотское изобретение – палестинское самоуправление (независимость) на крошечном кусочке Палестины. Это был план нацистского Люблинланда, перенесенный в Палестину псевдо-левыми евреями. На первый план выходит задача демократии для всей Палестины (т.е. включая территорию Израиля), уничтожения апартеида. Не оглядывайтесь с ностальгией на дни ПА, смотрите с надеждой на завтрашнюю свободную и демократическую Палестину/Израиль от Средиземного моря до Иордана.

 

Муна Хамзе назвала свое эссе “Возвращение в Холокост”. Тот же образ упомянул португальский писатель Жозе Сарамаго, нобелевский лауреат, сравнивший осажденную Рамаллу с варшавским гетто. Сарамаго, кого еще недавно хвалили еврейские СМИ за нетрадиционный образ Иисуса в его романе, стал мишенью ведущих израильских псевдо-левых, Ари Шавита и Тома Сегева.

Том Сегев поставил свое перо на службу еврейскому государству. “Сарамаго заявил, что действия Израиля на территориях сравнимы с тем, что происходило в Освенциме и Бухенвальде. Это больше похоже на сортирную надпись, чем на его книги. То что он сказал, вредит делу, которому он хотел помочь, и он выглядит идиотом”.

Мне уже надоело слушать это истрепанное заклинание “вредит делу”, от еврейских “левых” советчиков палестинцам, от Тома Фридмана (журналист Нью-Йорк Таймс – пер.) до Тома Сегева. Я не верю, что лично они желают успеха этому делу. И сейчас, различие между еврейскими “умеренно левыми” и “крайне правыми” становится чисто внешним. Ари Шавит-“левый”, но то же могла бы написать Барбара Амиель, жена Конрада Блэка (газетного магната – пер.) и друга Шарона и Пиночета: “То, что сказал Сарамаго в Рамале – не ясная критика оккупации. Это – гнусное антисемитское подстрекательство. Это не просто глупость, не просто беспочвенное утверждение. Если Рамалла – Аушвиц (как сказал Сарамаго), значит Израиль – Третий рейх. Он заслуживает уничтожения. Может быть, не все его жители должны быть убиты, но его государственность должна быть разрушена. И если Рамалла – Аушвиц, тогда Тель-Авив – Дрезден. Сжечь его – не военное преступление.”

Профессор Алан Столероф хорошо ответил на это: “Еще одна попытка “левых” израильтян покрыть военные преступления и преступления против человечества,  творимые израильской оккупацией. Если бы Сарамаго, или я – европейский еврей, сравнил бы окружение и блокаду с варшавским гетто, вы бы ответили то же самое? Разве не в израильских газетах было напечатано, что израильский генерал призывал изучать опыт нацистов в Варшаве, чтобы применить его против интифады? Не писали ли израильские солдаты номера на руках арестованных палестинцев? Разве 40% израильских евреев не отвечают “да” на вопрос, следует ли выселить арабов с территорий? И ковровая бомбежка Дрездена БЫЛА военным преступлением!”

Если Шавит настаивает, я готов признать: нынешний Израиль, еврейское государство апартеида, должно быть демонтировано. Его государственные учреждения должны быть распущены. И его сторонники повсюду в мире стали соучастниками военных преступлений и должны нести за это ответственность. Они не смогут заявлять о своем нейтралитете.

 

То, что можно сказать сегодня: три  преступных израильских  солдата стоят, чтобы сделать фото с убитым ими человеком. Это показы- вает, как мало теперь значит человеческая жизнь

Не по религиозному или национальному признаку отделяем мы овец от козлищ. Это доказывает Джерри Левин из Алабамы, бывший руководитель отделения СиэНэН в Бейруте, Он побывал в заложниках у Хизбаллы в 1984-85, а сейчас работает с Христианскими Миротворцами (см. “Две Анны”), и защищает беззащитных палестинских детей, женщин и мужчин от еврейских поселенцев. Он напомнил об “Адаме Шапиро, еврее, члене движения Международная солидарность, которые работает в Рамалле” (Шапиро – американец, его родителям и брату неоднократно угрожали смертью. Родителям пришлось скрыться из  их дома в Нью-Йорке, а брата охраняет полиция – пер.) Следует  упомянуть достойную восхищения Дженнифер Левенштейн, чьи репортажи из Газы печатаются сейчас в палестинских изданиях, и  других  защитников равенства. Все эти  люди разных убеждений вместе со своими друзьями бросают вызов “право-левому” блоку еврейских расистов. 

Ислам.Ru

ИЗРАИЛЬ НАХОДИТСЯ НА РЕШАЮЩЕМ ВИТКЕ СВОЕЙ ИСТОРИИ, ЗАЯВИЛ ШАРОН

По сообщению Reuters, выступая с телеобращением к нации, премьер-министр Израиля Ариэль Шарон назвал палестинского лидера Ясира Арафата "врагом всего свободного мира" и обвинил его в руководстве террором, направленным на мирных израильтян. Шарон заявил, что Израиль, находящийся на решающем витке своей истории, "достигнет цели".

Газета.Ru - Русская Линия

IsraelNN.com [an error occurred while processing this directive]