МАНЯГИН В.Г.

Доклад на Пятых Всероссийских Иринарховских чтениях
9 февраля 2002 г.

400 лет назад, в 1601 г., вместе с великим голодом на Русь пришла первая Смута.

“Народ согрешит – Царь умолит, а Царь согрешит – народ не умолит”, - говорили встарь православные. Видно, сильно согрешил царь Борис, а вместе с ним – и русский народ, если Господь посетил Россию гладом и мором, нашествием иноплеменных и разорением государства.
За два голодных года вымерло около половины населения страны: от 1/3 на юге, до 2/3 на севере. Даже если летописец преувеличивал, все равно последствия голода были ужасны. На рынках продавали человечину. Дети поедали родителей, а родители – детей. Летописец писал, что сам видел, как на столичной площади мать разрывала на части и поедала своего еще живого ребенка. Говорю об этом не для того, чтобы ужаснуть кого-то, а для того, чтобы показать, до каких глубин может пасть человеческая душа. Владельцы крепостных, не имея возможности их прокормить, выгоняли людей на улицу, навстречу голодной смерти. Чиновники разворовывали хлеб и деньги, отпущенные из казны для пропитания голодных и даже саван для похорон неимущих. Купцы спекулировали зерном. Православный ел православного (в прямом смысле слова). Мир рушился. Человек лишался нравственной опоры и, после этого, уже все было возможно. Немногие устояли в это время. У большей части народа со дна души поднялась та муть, которая и стала истинным началом Великой Смуты русского народа.
В 1603 г. закончился голод, но начался бунт против Царя. Изверившийся во всем народ двинулся на столицу. Затем пришло время самозванцев. Десять лет непрерывной гражданской войны и интервенции уничтожили еще 50% от выживших в голодные годы. Страна лежала в руинах. Немецкий посол, по дороге от Новгорода до Твери, не встретил ни одной населенной деревни! Все дома вдоль дорог были забиты непогребенными трупами.
Таковы были результаты Смуты, бушевавшей над страной более 10 лет.

Большинство историков XIX-XX вв. считают ее результатом 50-летнего правления царя Иоанна Грозного. Вот пример высказываний на эту тему отнюдь не самого “зашоренного” советского историка, Р. Г. Скрынникова: “От эпидемий и голода умерли десятки тысяч человек. От рук опричников погибло 4000… Города были центрами средневековой цивилизации. Их население было малочисленным. Репрессии нанесли огромный ущерб городам… Вся мрачная затхлая атмосфера средневековья была проникнута культом насилия, пренебрежением к достоинству и жизни человека, пропитана всевозможными грубыми суевериями”. Это говорится о средневековье, времени наивысшего расцвета христианской цивилизации. Видимо, историку кажется, что современная атмосфера сплошь пропитана благовониями…

Однако не всегда историки так считали. “Великая беда (Смута) есть следствие законов Бориса Годунова, сделавших невольными крестьян”, - писал в свое время Татищев. По мнению князя М. М. Щербатова, главной причиной возникновения Смуты была “политика Годунова”.

Только с появлением творений Карамзина в обществе восторжествовал взгляд на Иоанна IV как на некое кровожадное обезумевшее чудовище. Сам историограф Государства Российского сделал для этого все возможное. “Без главы о Иване Грозном”, - писал он в одном из своих писем, - “моя история будет как павлин без хвоста”. И потому раскрашивал этот “хвост” самыми яркими пятнами. “Волосы вставали у меня дыбом”, - вспоминал граф А. К. Толстой о своем знакомстве с посвященной царю Иоанну главой из “Истории” Карамзина, - и тут же написал по ее мотивам своего “Князя Серебряного”. Так творились мифы.

Но если трезво взглянуть на факты, то Смута – результат последовавшего после царствования Иоанна IV слома той социальной системы, которую на протяжении нескольких столетий строили правившие Россией Рюриковичи, а, точнее, Государи из династии Калиты. Что это за система, будет рассказано ниже, а пока необходимо сказать несколько слов о ее предыстории.

К мысли о необходимости создания такой системы московские Великие Князья пришли в результате осмысления исторического опыта татаро-монгольского ига, под влиянием Предстоятелей Русской Церкви (всем хорошо известна историческая роль св. митрополита Петра, св. митрополита Алексия, св. прп. Сергия) и, конечно, не без участия Божественного Промысла. Хотя попытки построить подобную систему предпринимались и раньше, например Великим Князем св. Андреем Боголюбским, но они оказались преждевременны и безуспешны. Дело в том, что государственные и общественные реалии Киевской Руси не способствовали этому. Они в значительной мере отличались от того, что мы можем видеть в Московском государстве в XV – XVI вв.

Карамзин отмечал европейский характер Киевской Руси. В древнерусском государстве законодательство, образ жизни, даже одежда мало отличались от европейских. Платонов пишет о неустойчивости политического устройства Киевского княжества: постоянное перемещение князей с княжение на княжение, широкое распространение вечевой системы, ограничивающей княжескую власть, обширное частное землевладение, широкое распространение рабства – все это препятствовало торжеству христианских начал в государственной и общественной жизни.

Но самое главное то, что для значительной части русских людей христианство еще оставалось лишь лаковой гладью над поверхностью языческих страстей. Это отмечалось на Владимирском соборе (1274), который как бы указывает на грехи, за которые Господь попустил Руси испытания иноплеменным игом. На соборе говорилось о распространенности в народе языческих обычаев, об устройстве неприличных зрелищ в дни Божиих праздников, об оскорблении праздников кулачными боями, во время которых многих “убивали до смерти”, а окровавленную одежду погибших победители получали в виде трофеев. О чем говорить, если многие из простонародья считали церковный брак необходимым только для князей и бояр, а свои “свадьбы” совершали по старинке — вокруг “священного” дуба! Таким образом, значительная часть русского народа жила в незаконном браке, зачиная и рождая незаконных детей, которые, к тому же, и при святом Крещении не всегда удостаивались Причастия. Собор указывал и на недостатки внутрицерковной жизни, в частности, на поставление священства за деньги, избрание в священнослужители людей недостойных и даже замешанных в чародействе.

О степени нравственного падения русского народа говорит и то, что во внешней торговле в экспорте товаров на втором месте после мехов стояла торговля рабами – единоплеменниками и единоверцами.

Все это привело Киевское государство к неожиданному концу еще за век до того, как оно подверглось татарскому погрому. Никто как-то особо и не задумывается о том, почему Великие князья Юрий Долгорукий и Андрей Боголюбский перенесли на север центр политической и государственной жизни. А ведь летописец указывает на катастрофическое запустение Южной России. В Чернигове – втором по величине городе Киевского государства – сообщает летопись, “остались лишь княжеские псари да пришлые половцы”. В чем же дело? Странным образом, в середине XII века, население Южной Руси разделилось на две части. Одна, меньшая, переселилась в близлежащие районы Польши, а вторая – на Северо-Восток, в междуречье Оки и Волги. Два века спустя потомки ушедших в Польшу вернулись на запустевшие земли Приднепровья. Так появились малороссы. Ушедшие на Север остались среди болот и лесов Владимиро-Суздальской Руси, ассимилировали коренастых и рыжих угро-финнов и создали Московскую Русь. Это были уже великороссы. Эти процессы шли во время татаро-монгольского ига, и закончились к моменту его падения.

По словам блаженного Серапиона и св. митрополита Кирилла, татарское иго было дано Господом как горькое лекарство для вразумления народа и исправления его путей. Важным средством для этого послужила Кормчая книга, специально вытребованная из Болгарии перед созывом Владимирского собора. Она разнесла по Руси учение о симфонии властей.

Это учение легло в основу создаваемого потомками святого Александра Невского Московского государства. Принципы, на которых создавалась Великая Россия, заметно отличались от тех, на которых была основана Киевская Русь. Часто историки, страдающие русофобией, называют Россию азиатской страной, но не в силах объяснить конкретно, в чем же заключается наша азиатчина, начинают что-то плести о дураках и дорогах. Что ж, ненависть, как и любовь, наблюдательна. Дело, конечно, не в дураках и дорогах. Царь Иоанн IV считал равными себе лишь двух государей – Турецкого и Персидского, презирая остальных, прежде всего, европейских правителей, как ставленников “многомятежного человечьего хотения”.

Если искать аналогии с Московским государством, то надо обратиться к древности, к азиатской древности библейских времен. Конечно, главная черта допетровской Руси – это главенство во всем Православной веры. Свет Христов облагораживал и очищал от примесей все стороны государственной жизни. Однако остальные основополагающие принципы были те же, что в архаических государствах: в Междуречье, Египте, даже доколумбовых государствах центральной и южной Америки – ацтеков и инков. Но ближе всего нам аналогия с Ветхозаветным Израилем, той частью его истории, которая протекала до Вавилонского пленения.

Можно выделить такие общие для всех государств архаического типа определяющие принципы, как:

Нет сомнения, что московские Государи, приступая к строительству своего государства, уже имели определенный план, и неуклонно выполняли его, передавая его от отца к сыну на протяжении столетий. Его важной составной частью было построение справедливого, сословного общества, просвещенного христианским учением.

К середине XV века Московская Русь стала царством, основанном на тех “архаичных” принципах, о которых говорилось выше. Соединение этих принципов с Православной верой позволило создать то государство, которое наши предки называли Святой Русью. Внешним проявлением и подтверждением этого стало чудесное падение татарского ига в 1480 г. Но полного развития эти принципы достигли при Иоанне IV. Именно на этом фундаменте начался бурный рост Московского государства в середине XVI века.

Если взглянуть на фактические итоги царствования Иоанна IV, то мы увидим, что они в корне отличаются от тех, о которых твердят светские историки.

Иоанн Грозный правил 51 год и за это время:

Прирост населения составил 30-50%, население страны увеличилось до 10-12 млн. человек.

К смертной казни были приговорены 4-5 тысяч человек, включая уголовных преступников (т.е., около 100 человек в год). Для сравнения – во Франции во время Варфоломеевской ночи (1572 г.) за три дня убито без суда и следствия 30.000 человек, в Англии за первую половину XVI в. только за бродяжничество, т.е., за отсутствие жилья, повешено 70.000 человек, при подавлении крестьянского восстания в Германии (1525 г.) казнено 100.000 человек.

Государь венчался на царство, принял царский титул, равнозначный императорскому и стал первым Помазанником Божием на Русском престоле (см. митрополита Иоанна СПб. и Ладожского).

Проведена реформа судопроизводства. По словам современника, законы стали такими ясными, что каждый мог сам защищать себя в суде, никого не могли казнить смертной казнью, без рассмотрения Государем каждого конкретного дела.

Введена всеобщая выборность местной администрации, но только по желанию населения самой административной единицы.

Развитие торговли, в том числе и морской, с Англией, и сухопутной, с Персией и Средней Азией.

Построено по распоряжению Государя 40 церквей и 60 монастырей (то есть, по два за каждый год правления).

Основано 155 городов и крепостей;

В духовной и культурной жизни в правление Иоанна Грозного:

Прошел Стоглавый Собор – важная веха в духовной жизни общества, не утративший значения до сих пор.

Созданы Четьи минеи святого митрополита Макария.

Положено начало книгопечатанию, причем Государь встретил в этом вопросе ожесточенное сопротивление, вплоть до поджога первой типографии, типография существовала не только в Москве, но и в Александровской слободе.

Была собрана книжная сокровищница царя, которая до сих пор не оставляет равнодушным ни одного исследователя старины.

Был придан государственный характер летописанию, создан т.н. “Лицевой свод”.

Создана сеть общеобразовательных школ.

И все это не смотря на многочисленные войны и 20-летнюю борьбу с европейскими странами, поддерживавшими Польшу, Литву и Швецию в войне против России (Ватикан, Франция, Германия, Валахия, Турция, Крым, Дания, Венгрия – кто деньгами, кто солдатами, кто дипломатическими интригами).

Вопреки наветам историков, Грозный царь оставил мощное государство и армию, позволившие его наследникам еще одержать победу в войне над Швецией и выставлять в поле 500.000-е войско (в 1598 г.).

Пагубные изменения в государстве и обществе произошли не при Иоанне, а во время правления Бориса Годунова. Он попытался основать новую династию и стал искать ей опору не в обществе в целом, а в одном сословии, наиболее близком и полезном ему – в дворянстве. Для аристократии он был до конца дней чужим, выскочкой, Они не приняли его, и, в конечном счете, привели к гибели. Крестьяне, в виду своей политической и военной слабости мало могли быть ему полезны. И лишь дворянское сословие – основная воинская сила государства, видевшая к тому же в Годунове “своего” царя – из дворян – оказала ему поддержку. Но эта поддержка дорого обошлась и государству, и самому правителю.

Когда пришло время расплачиваться с дворянством, Годунов так реформировал налоговую систему и перераспределил государственные тяготы, что разрушил всю веками создаваемую систему сословного социального мира, основанного, прежде всего, на понятии справедливости. Подати только за первую половину правления Годунова выросли на 50%, а годовые проценты на ссуды – в 10 раз (!) – с 20% до 200% годовых. Это объясняет, почему во время правления Бориса Годунова случилось невозможное прежде: выступление народа против центральной власти, против Царя.

Конечно, идеального общества на земле нет и быть не может. Но государство может и должно стремиться к такому обществу. Таким государством и была Московская Русь. Борис же снял тяготы с плеч дворянина и большую их часть перебросил на спину пахарю, а остальное – столь нелюбимому им боярскому племени. Но он сделал худшее – он разрушил веру в справедливость и правду на земле, разрушил общее дело всех православных христиан. И государство стало медленно, но неуклонно разрушаться, сползать в трясину Смуты – сначала духовной, а затем и политической.

Одним из Годуновских деяний, потрясших народную душу, стало введение крепостного права. Раньше считалось аксиомой, не требующей особых доказательств, что крепостное право на Руси ввел царь Иоанн IV. Но Р. Г. Скрынников убедительно доказал, что это событие произошло в правление Годунова и теперь эта точка зрения становится общепринятой в исторической науке. Прикрепление к земле вызвало бегство крестьян на окраины государства, что, в свою очередь, привело к нехватке рабочих рук в Центре.

Чтобы разрешить данную проблему, Борис разрешил кабалить, то есть, обращать в рабство вольных слуг, служащих по найму. Достаточно было проработать несколько часов на хозяина, чтобы превратиться в его раба.

Недовольство этой системой вызвало необходимость создать ей некий “противовес”, и Годунов приказал не только поощрять доносительство, но и награждать доносчиков из имущества жертвы, и даже давать донесшему на господина рабу дворянское звание.

Сам же царь Борис заперся в Кремле, отказавшись принимать лично челобитные у народа, хотя этот обычай свято соблюдали предыдущие Государи.

Все эти мероприятия никак не способствовали социальному миру в стране. Они превратили более-менее мирно уживавшиеся прежде сословия во враждебные друг другу классы. Большинство государственных “деяний” Годунова были вызваны не потребностями государства, а текущими задачами, вернее, одной, самой важной, задачей – удержаться у власти, укрепить свою династию. В своих действиях он шел на поводу обстоятельств.

Годунов кичливо обещал, что в его царстве голодных не будет. Голод, уничтоживший половину населения страны (только в Москве умерло 120 000 человек), стал началом его конца. Но годуновские “реформы” стали также началом конца Московского государства. Пресечение династии Калиты привело к тому, что некому было поддерживать систему сословного равновесия. На вершине власти была утеряна сама идея сословного общества.

Крепостное право привело сначала к тому, что человек стал продаваться с землей, а в 30-х годах XVII века этот процесс завершился продажей крепостных без земли. Человек из образа и подобия Божия превратился в товар на рынке. Впервые в Московском государстве христианин стал продавать христианина. В XVIII веке – золотом веке дворянства – стали говорить: “он имеет 100 душ”, “купить пять душ”, “продать 10 душ”. И никого это не смущало. Мертвые души. Продавцы и “хозяева” душ даже не задумывались, на Чье место они покушаются, и кому в этом случае уподобляются.

Сословие земледельцев превратилось в эксплуатируемый, лишенный человеческого достоинства класс крепостных крестьян. Но и сословия воинов и чиновников трансформировались в единый, сплоченный общим интересом класс владельцев душ человеческих и земли (которая Божия, и претендовать на владение ею – опять, как и в случае с “душами”, посягать на Божие). Как тут не вспомнить апокалиптических купцов, торговавших с Вавилонской блудницей “…телами и душами человеческими” (Откр. 18, 13).

О какой единой цели и о каком согласии можно говорить между теми, кого обменивают на собак, и теми, кто этот обмен совершает? В редкие годины великих испытаний (как, например, в 1812 г.) нация объединялась. Но буря стихала, и все возвращалось на круги своя. Раскол общества лишь углублялся из века в век. От одной исторической вехи к другой можно проследить этот скорбный путь:

Середина 90-х годов XVI века

XVII век

В XIX веке раскол общества и разложение национального самосознания дошли до такой черты, за которой класс землевладельцев, не удовлетворяясь уже имеющимися привилегиями (которые были огромны), решил захватить власть полностью, уничтожив самодержавие (декабрь 1825).

Тогда это не удалось. Более того, последние Государи из династии Романовых – Александр III Миротворец и Святой Царь-Мученик Николай II – попытались восстановить основы Святой Руси. Но апостасия общества зашла слишком далеко. В 1917 в России был уничтожен еще один из основополагающих принципов Московского государства – священная самодержавная власть Помазанника Божия.

Советское государство отвергло Православие, но вернуло государственную собственность на землю, восстановив, хотя и в искаженном виде, один из основополагающих принципов, перечисленных в этой статье.

После падения Советского Союза был поставлен под вопрос и этот последний осколок Святой Руси. В 2001 году в Российской Федерации был принят закон о продаже земли в частную собственность.