Это могли быть пришельцы из практически любой страны, ведь Уолл-Стрит и Пентагон погубили множество жизней на всем земном шаре. Немцы могут припомнить огненный холокост Дрездена, сотни тысяч беженцев, кремированных ВВС США. Японцы не забудут ядерный холокост Хиросимы. Арабский мир еще ощущает ползучий холокост Ирака и Палестины. Русские и восточноевропейцы чувствуют, что позор Белграда отомщен. Латино-американцы думают о вторжениях США в Панаму и Гренаду, о разрушенной Никарагуа и отравленной дефолиантами Колумбии. Азиаты считают своих погибших во Вьетнамской войне, бомбежках Камбоджи, операциях ЦРУ в Лаосе – миллионы жертв. Даже диктор проамериканского РТР не смог удержаться : “теперь американцы начинают понимать, что чувствовали Багдад и Белград”.

Всадники могут быть кем угодно – у кого банк отнял дом, кто был выгнан с работы и остался безработным, кто был объявлен “недочеловеком” новой “расой господ”. Это могут быть русские, малайцы, индонезийцы, мексиканцы, пакистанцы, конголезцы, бразильцы, чья экономика была разрушена Уолл-Стрит и Пентагоном. Это может быть кто угодно, все и каждый. Их личность совершенно не имеет значения, в отличие от глубокого и явного символизма дерзкой атаки. Можно только гадать о третьей мишени: Голливуд? Телевидение? “Нью Йорк Таймс”? Так разгадывают иконографию стертого фрагмента старой иконы.

Их личность не имеет значения и по другой причине: американско-израильская еврейская верхушка уже решила, – это должны быть арабы. Можно было полагать, что, после опыта Оклахомы (там винили палестинцев, пока не нашли Тимоти МакУэя) на этот раз не будут спешить с выводами. Но мои соотечественники, израильские политики, народ нетерпеливый. Пламя на Манхэттене еще не погасло, а они уже рванули за политическими барышами. Эхуд Барак вышел в эфир на Би-би-си и произнес “Арафат” без обиняков на третьей минуте. (Господи, если бы Арафат мог такое сделать, Израиль был бы предметом изучения историков!) На Си-эн-эн, его близнец Биби Нетаньяху возложил вину на арабов, мусульман, палестинцев. Шимон Перес, старый иссохший кудесник, выступал против самоубийства с видом психиатра, напомнив слушателям о палестинских камикадзе. Он выглядел встревоженным: трудно поработить людей, которые не боятся умирать. Старый убийца жителей Каны даже сослался на Евангелия. Количество израильтян в эфире достигло точки насыщения, еще один – и они бы выпали в осадок. Они клеветали и подстрекали, совали список пожеланий в бледное как мел лицо потрясенной Америки: пожалуйста, разрушьте Иран! И Ирак! И Ливию, пожааалуйста!

Первые сутки наибольшего внимания были использованы еврейской пропагандой на все сто. Не был известен ни один факт, но расистская антиарабская и антиисламская огульная клевета стала общим местом. Мы, евреи, с полным основанием возражаем против упоминания еврейского происхождения преступника, да и просто нехорошего человека, но сами не прочь хулить целые народы и религиозные конфессии. Доброжелательный американский активист, Джеймс Джордан, предупреждал в Аль-Авда: “Нельзя огульно обвинять “евреев”, это полностью дискредитирует и лищает влияния вашу организацию”. Но каким образом поток “огульных обвинений” против “арабов” “полностью” не “дискредитирует и лишает влияния” еврейские организации и прессу? Очевидно, это право евреев решать, кто будет “лишен влияния” в США и кто нет.

Поскольку нет никаких явных улик против палестинцев, израильтяне извлекают все, что можно, из сцен народного ликования, снятых в Восточном Иерусалиме. Это недобросовестно: ведь не смертям американцев радовались палестинцы, но падению ненавистного символа. Когда русский народ узнал о падении Берлина, он ликовал – не потому, что погибли сотни тысяч немцев. Да и те же американцы восторженно встретили бомбежку Багдада – не потому, что им был приятен запах горелой человечины. Не только палестинцы ликовали, узнав об этом ударе по символике американского империализма. Во всем мире было немало радости – конечно, не из-за количества мирных жертв.

В “Убийстве в Восточном экспрессе” Агаты Кристи ее любимый детектив Эркюль Пуаро сталкивается с необычным препятствием: у всех пассажиров спального вагона были свои основания желать смерти противного пожилого джентльмена. Мои дорогиe американские друзья, ваши лидеры поставили вашу великую страну в положение этого джентльмена.

Израильтяне выжали из этого все, что можно. Под шумок они убили два десятка палестинцев, среди них несколько детей и младенцев, разрушили пять домов “гоев” в Иерусалиме, ввели танки в автономные Иерихон и Дженин. Репортажи о нападении на Нью Йорк по израильскому телевидению граничили со злорадным “мы же говорили вам”. Биби Нетаньягу сдуру ляпнул, что теракт “нам на пользу”. Почему? Это усилит американскую поддержку Израиля.

Атака камикадзе может привести именно к этому. США могут начать новый раунд насилия в их отношениях с Третьим миром. Месть последует за местью, пока одна из враждующих сторон не исчезнет от ядерного взрыва, а с ней и вся планета. Похоже, президент Буш предпочитает такой путь. Он объявил войну своим врагам и врагам Израиля. Буш даже не понял, что Америка начала войну много лет назад, только сейчас война начала возвращаться к своему истоку. Столь многим надоело кулачное право Америки, что можно сказать с уверенностью: обратный отсчет для следующего теракта начался.

Но есть и другой вариант. Америка может воспринять болезненный удар по ее Уолл-Стрит и Пентагону как последний призыв к раскаянию. Ей следует сменить советчиков, и заново выстроить свои отношения с миром, на основах равенства. Возможно, следует ограничить влияние еврейских элит Уолл-Стрит и СМИ, прекратить поддержку режима апартеида в Израиле. Ведь на карте и религиозный выбор между ветхозаветной идеей мести с ее “оком за око”, и христианским идеалом любви к врагу.

Америка смогла бы снова стать всеобщей любимицей, если бы вернулась к своим истокам – одноэтажной, несколько провинциальной Америке Уолта Уитмена и Томаса Эдисона, Генри Торо и Эйба Линкольна.

Яффа, 12.09.2001.